Читать «Камень преткновения» онлайн

сейчас находимся, ваше императорское высочество. Это устройство позволяет хранить информацию очень большой библиотеки, а то и нескольких. А также фотографии и кинофильмы, рисунки и схемы в огромных количествах. Кроме того помогает осуществить сложные расчеты и создать подробные чертежи военного корабля, даже броненосца. Вы в этом убедитесь сами.

Снимок по всему большому экрану Александр Михайлович рассматривал очень долго, дотошно, что удивительно — там ведь всего лишь люди, семеро, а внимания им уделено огромное.

— На вас всех форма, очень похожая на российскую. По крайней мере, с ее элементами, которые во многом прослеживаются. Я ведь не ошибаюсь? У вас обмундирование несколько отличается, и на штаб-офицерских погонах большие звезды, числом три, как сейчас у подполковника.

— Мои коллеги служат в корейской армии, я в российской, в которой имею звание гвардии полковника. И соответственно этого не имею звания генерала в армии Кореи. Погоны оставлены при парадной форме как дань историческим традициям, но на полевой форме носятся матерчатые, а по чину судят исключительно по размеру самих звезд. Маленькие звездочки и прапорщиков и обер-офицеров, большие у штаб-офицеров. У генералов звезды вышитые золотистой канителью — времена идут, многое меняется, а традиции остаются. В армии Кореи уже почти сто лет обмундирование похоже на русское — армии не просто союзнические, они дерутся и сейчас, плечо к плечу. У всех генералов наши награды — у одного даже георгиевский крест на колодке. Статут его полностью соответствует, прошел через века. Мой шейный крест соответствует ордену святого Александра Невского, мечи обозначают тоже, что и сейчас — вручен за боевые заслуги. У меня есть другие награды, и много, но с собой взял только эти.

Наступила тишина, великий князь оторопело уставился на него, потом осторожно спросил чуть дрогнувшим голосом:

— Вы мне покажете эти материалы, господин советник? Но как вам удалось снова быть рядом с престолом, спустя столько лет?

— А я от него и не отходил. Мой род когда-то правил Чосоном, была целая династия задолго до времен вашего Земского Собора 1613 года, она правила примерно в годы появления Рюрика. Сейчас мой титул в переводе — «любимый дядя королевы», что-то вроде «вашего высочества». И это отнюдь не самозванство, есть нюансы — я занял чужое место, тогда как мое по праву намного выше, а это, согласитесь, совсем иное дело. Мне сейчас шестьдесят четыре года, ровесник вашего почтенного отца, генерал-фельдцейхмейстера, хотя и гожусь вам в правнуки, как ни странно. Но реальность именно такова, и воспринимать ее нужно какая она есть на данный момент.

Пак улыбнулся — может показаться странным, но ему не пришлось лгать. Недоговаривал многое, но ведь это совсем не ложь. Александр Михайлович задумался, машинально потер пальцами лоб.

— Будет лучше, если вы будете называть меня по имени-отчеству, которые я ношу с детства. Борис Дмитриевич, так ко мне всегда обращаются, но не здесь, понятное дело, а на второй моей родине, на языке которой мы сейчас с вами и общаемся…

Карта Кореи конца 19-го века с разделами на зоны влияния между Японией и Россией, а также с расселением корейцев вне этой зоны — на север вдоль с русским Приморьем в тогда практически безлюдной Маньчжурии (вкладка справа). Реалии истории могли быть совершенно иными…

Глава 11

— Мы рухнули в бездну, и в дерьмо по самую маковку…

Дышать было тяжело, Александр Михайлович подошел к настежь открытому иллюминатору. Начался прилив, броненосец слегка покачивался на волне, которая надавливала на пристань. Вот уже несколько часов он работал, действительно работал, и третий день в подряд, напряженно уставившись на мерцающий экран невероятного устройства, которые будут созданы в следующем тысячелетии. И чтение всего одной книги, в которой рассказывалось о дальневосточной политике России, потрясло его до глубины души — речь там шла не только об этом, затрагивалось все, что происходило в мире и случилось с его страной. В такое поначалу не поверилось, показалось полным безумием, но он тщательно вычитывал текст, строчку за строчкой, листал страницы, двигая пальцем, и дошел до конца. При этом забыл обо всем на свете, только курил ночами беспрерывно, папиросу за папиросой, да пил «адмиральский чай», наполовину состоявший из коньяка.

Отзвучал перезвон колокола «собачьей вахты», но Александр Михайлович не оторвался от чтения, это было выше его сил. А еще он писал, много-много писал, используя множество отточенных карандашей, и стопку не листов, тетрадок, три из которых были полностью заполнены текстом. Жаль, что нет загадочного устройства под названием «принтер», иначе бы удалось распечатать множество книг. Но и так неплохо, если царствующий двоюродный брат даст указание, то сформируют целый отдел из доверенных офицеров, и те просто начнут переписку текстов, меняясь по очереди. Сейчас работает один, и никого нельзя подпускать к тайне, ценность которой невообразима. Там ведь будущее России, как то, которое ей уготовано, так и то, которого нет, потому что многое начало изменяться, с того дня, как террористы убили императора Александра III вместе с женой и детьми. И дочь его Ксения так и не станет ему женой — сейчас он помнил только маленькую девочку, на которой должен был жениться по любви в прошлом году.

Боль резанула сердце, Александр Михайлович поморщился — ему было жалко детей, но в тоже время он отчетливо понимал, что тот юноша с домашним прозвищем Ники довел империю до катастрофы, лучше бы и не правил. И великий князя Алексей Александрович, генерал-адмирал, именно на не вина за чудовищную катастрофу Цусимы — и многие просчеты этого сибарита и лодыря, чего скрывать правду, лежат именно на его совести.

— «Дядюшка» всех убрал своим «переносом», смахнул, будто крошки со стола — устранив те помехи, которые сильно помешали бы в будущем, причем не прикоснувшись. Тут сама судьба сделала свой выбор…

Тихонько пробормотав под нос, великий князь отпил «чая», и придвинул к себе листки бумаги, на которых отмечал «несовпадения». Владимир заменил на троне Александра, и пока отказывается заключать, в отличие от погибшего брата, русско-французский альянс с военной конвенцией. И это плюс — лживые «друзья» России гораздо опаснее ее явных врагов. Да и кайзер Вилли сейчас не противник как таковой, у него и мысли нет воевать с восточным соседом. А вот желание разнести Францию у него имеется, как и «справедливо поделить» мир — то есть перераспределить английские и французские колонии в сторону «обделенных», то есть Германии.

И это немалый плюс — как только кайзер