Читать «100 великих криминальных драм XIX века» онлайн

самых влиятельных держав мира, но и – одной из самых преступных держав. Именно здесь одновременно существовали скучная среда стряпчих и старых дев, уличное общество сирот-попрошаек, подземный мир подонков и проституток и то внезапное, ползучее и неуловимое зло, которое могло подкараулить любого в неурочный час. А самым вызывающим и назидательным примером такой внезапности и неуловимости зла стала написанная Р. Стивенсоном история о добропорядочном докторе Джекиле, который по ночам превращался в свою вторую ипостась – маниакального мистера Хайда, резавшего всех подряд – и добрых самаритян, и темных личностей. Куда уж дальше? Всё не то, чем кажется, и под безупречным фраком джентльмена скрывается окровавленное лезвие. Главная мысль Стивенсона: мы и самих себя-то знаем мало, в каждом из нас сидит это зло – то спит, то просыпается и поднимает голову.

Но очень часто за мистическими тайнами, ночными кошмарами и разгулом человеческой фантазии скрывается нечто обыденное, отнюдь не зловещее, порожденное социальной неустроенностью в обществе.

«Ужас Бермондси»

Это дело вызвало небывалый общественный резонанс, поскольку совместных казней супругов не совершалось уже более ста лет. Конечно, в нашем разделе «Обманчивое обличье зла» уже встречалось похожее дело супругов Фишер, подстерегавших путников на своем постоялом дворе и впоследствии казненных за разбой. Однако там действие происходило в Америке 1820 года, на заре эпохи Дикого Запада, когда бандитизм достиг невиданного размаха и сами жители готовы были сбиваться в отряды и вести борьбу с бандитизмом любыми средствами. Здесь же речь шла о цивилизованной Европе – Британии, с ее многовековыми традициями и этическими установками.

В последний раз такая казнь в Англии состоялась в 1700 году. Тогда некого Михаэля ван Бергена и его жену Катрин Трюрнье повесили за убийство Оливера Норриса. На этом неприятном деле, казалось, закончилась постыдная практика казнить супружеские пары. Прошло почти полтора столетия. И вот все началось заново.

Мировая общественность встрепенулась, подняла голову, зароптала: как же так? Какой пример Англия подает Европе? Первым возмутился постоянный очеркист судебных процессов Чарльз Диккенс. Его протест против того, что казнь превратилась в разновидность развлечения для огромной толпы, был услышан русским романтиком и гуманистом Василием Андреевичем Жуковским. Он послал великому князю Александру Николаевичу эмоциональное письмо с призывом воздействовать на британское правосудие и общественность Великобритании. В 1850 году русский поэт написал статью «О смертной казни». Нет, он не призывал, подобно Альберу Камю уже в ХХ веке, отменить казнь вовсе. Речь шла все о том же, о чем говорил и Диккенс, – чтобы это действо не было публичным, а было обращено в таинство и предостережение: «Смертная казнь… как страх возможной погибели, как привидение, преследующее преступника, ужасна своим невидимым присутствием, и мысль о ней, конечно, воздерживает многих от злодейства» (В.А. Жуковский. О смертной казни).

Дело Меннингов

Что же это было за «злодейство», которое потребовало от британского правосудия столь жестоких мер?

Мария де Ру, швейцарка из Лозанны, родилась в 1821 году и переехала в Англию, где с 1846 года работала в аристократических домах. Судя по всему, эта дама не отличалась примерным поведением, как и ее супруг Фредерик Меннинг, за которого она вышла замуж в 1847 году. Он имел темное прошлое, связанное с ограблениями, а на момент женитьбы владел пабом. Она, выйдя замуж, встречалась с любовником Патриком О’Коннором, который работал в доках и давал деньги в долг. Был этот адюльтер инициативой самой Марии или ее на это надоумил муж, сказать трудно. А вот ограбить О’Коннора они решили совместно. Ростовщик – лакомый объект не только в России 1860-х годов, но и в Англии 1840-х.

9 августа 1849 года Меннинги позвали О’Коннора на обед в свой дом в Бермондси. Во время обеда ему что-то подлили в вино, и Фредерик убил гостя, обыскал его одежду, а тело спрятал под кирпичным полом на кухне. Мария, забрав ключи любовника, отправилась к нему домой и похитила оттуда деньги и железнодорожные акции.

Потом у сообщников произошла размолвка: видимо, делили награбленное, и Фредерику показалось, что, пока он замуровывал труп, Мария что-то из дома своего приятеля припрятала. Наверняка она знала там каждый шкаф и тайник. Поругавшись, супруги расстались. Мария вообще ушла, утащив большую долю. А Фредерику оставила меньшую часть добычи.

Их домовладелец обнаружил дом пустым и поднял тревогу. Прибывшая полиция предприняла поиски и обыск, но тело жертвы было найдено только 17 августа, когда разобрали пол.

Марию арестовали в Эдинбурге при попытке сбыть награбленное. Фредерика схватили уже на острове Джерси.

Арест Марии Меннинг в Эдинбурге. Гравюра 1849 г.

Судебный процесс проходил 25 и 26 октября 1849 года в Олд-Бейли. В число присяжных был включен швейцарец, по требованию защитника Марии. Но ей это не помогло, и оба супруга были признаны виновными. Обвиняемая осыпала британцев проклятиями, ее муж вел себя более спокойно. В тот день они даже успели помириться и больше не предъявляли друг другу претенций, тем более что это уже не имело смысла.

Супруги Меннинг были повешены в тюрьме графства Суррей палачом Уильямом Калкрафтом 13 ноября 1849 года.

Диккенс был одним из очевидцев казни и, как это часто случается с большими писателями, счел своим долгом сохранить память об этой женщине, сделав ее француженкой Ортанз – героиней своего романа «Холодный дом»: «Ортанз не дура. Башка у нее работает на славу. Только она до черта гордая и горячая… такая гордячка и горячка, каких мало; к тому же ей на днях отказали от места, да еще ставят других выше ее, вот ей это и не по нутру».

Долгая дорога к Барьерному рифу

Эта история произошла давно – в 60-х годах XIX века. Но она оказалась не менее удивительной, туманной, а также – невероятно характерной для своей эпохи. То, что случилось на Роуд-Хилл в британском Уилшире 160 лет назад, до сих пор привлекает писателей, исследователей и кинематографистов, но