Читать «Игра в сердца» онлайн

знаю, что мне теперь делать.

– Ты что-нибудь обязательно придумаешь, – говорю я. – Ты же работала волонтером в благотворительных организациях? Так попробуй наняться к ним за деньги. Наверняка у тебя есть нужный опыт.

– Хмм, возможно, я так и сделаю, – произносит она с робкой улыбкой. Кажется, я внушила ей проблеск надежды.

– А он все-таки очень хорош собой, – вдруг говорит Каз: у той как всегда мысли скачут. Мы тут же начинаем размышлять о привлекательности Дэниела – если бы я ничего о нем не знала, возможно, и сочла бы его более-менее симпатичным, хотя предпочитаю зеленоглазых австралийцев с растрепанными светлыми волосами.

Но тут Каз заканчивает мысль:

– Для придурка!

И мы четверо – две англичанки и две австралийки – на миг замолкаем, а потом взрываемся громким хохотом. Даже Дафна смеется, запрокинув голову, и трясется, схватившись на свои жемчуга.

– Что смешного? – Бекка заходит в гостиную и озадаченно смотрит на нас.

– Привет, как все прошло с Дэниелом? – Каз ловко переводит разговор на другую тему – не ожидала от нее такого мастерства, – а мы как раз успеваем успокоиться.

Бекка смотрит на нас, на ее лице по-прежнему отражается недоумение, а потом ее взгляд останавливается на Каз.

– Все хорошо, – с улыбкой говорит она. Потом смотрит на Дафну, и улыбка вмиг стирается с лица. Не могу даже представить, что сейчас чувствует Бекка: она на седьмом небе от счастья, но не хочет упиваться чужим горем. – Как ты, Дафна? – спрашивает она.

– Лучше не бывает, – с наигранной веселостью отвечает Дафна. Мы, разумеется, знаем правду, но Дафна нам доверилась, и никто не спешит ее поправлять.

– Хорошо, – отвечает Бекка, но, кажется, Дафна ее не убедила. Боже, ненавижу такие ситуации. Я на ничьей земле и не могу принять ничью сторону. «От тебя ничего не зависит, Эбби», – напоминаю я себе.

– Налить тебе? – Стиви показывает на открытую бутылку. Ура! Стиви и шампанское пришли на помощь.

На долю секунды на лице Бекки отражается сомнение; затем она широко улыбается и отвечает:

– Спасибо. С удовольствием выпью с вами.

– Принесу бокал, – Каз вскакивает и идет на кухню. А Бекка садится на диван напротив нас с Дафной и Стиви, и в ожидании Каз наступает неловкое молчание. Жаль, что нас не снимают на камеру. Гарри мог бы снять такую шикарную врезку: волчицы растерянно переглядываются, а их внутренние монологи отражаются на их лицах.

Дафна: «Меньше всего на свете мне хочется сидеть здесь и любезничать после унизительного признания в своей нищете и отчаянии».

Стиви: «Во что я вляпалась и как бы отсюда поскорее смыться?»

Бекка: «Не злорадствуй. Поддержи Дафну. Будь дружелюбной».

И я: «Жаль, что нельзя рассказать вам правду, девочки… всю правду о том, что тут творится».

Я не лукавлю. Я ощущаю странное единение с этими женщинами, с «избранными», на чью долю выпало пережить драму, восторг, дружбу и вражду – всё, с чем столкнулись волчицы австралийского сезона. Еще на прошлой неделе Дафна не взглянула бы в мою сторону, а теперь я в курсе ее самых сокровенных страхов и печалей.

Как быстро все меняется в Волчьем особняке.

Возвращается Каз, щедро плещет шампанского в бокал и протягивает его Бекке.

– Ну что, – говорит она и плюхается рядом с ней, – странно все это, да?

Бекка кривит губы и искоса смотрит на Каз.

– Что? Мне вот очень не по себе, но знаешь что? Никогда бы не подумала, что окажусь в четверке финалисток. Ну серьезно, девочки, где я и где финал! Ох, Даф, прости, не хотела сыпать соль на раны. – Дафна отмахивается от извинений. – Но лучшее во всем этом – вы, девочки, – продолжает Каз. – Вы такие классные, и да, это странно, что все мы вроде как соперницы, а Даф едет домой… Ведь поначалу я думала, что Дэниел выберет тебя, Даф – без обид, Бекс, – Бекка пожимает плечами. – Но хватит об этом: хочу предложить тост. – Тут все, включая меня, приободряются и с любопытством смотрят на Каз. – За самых крутых волчиц за всю историю шоу! – провозглашает она и поднимает бокал.

Я оглядываю нашу маленькую компанию и вижу, что все – я в том числе – улыбаются искренне. Дафна качает головой, щелкает языком и произносит со своим аристократическим выговором:

– За самых крутых волчиц за всю историю шоу.

Мы чокаемся, привстав и потянувшись друг к другу, затем садимся обратно на дурацкие длинные, но очень удобные диваны, и пьем за самых крутых волчиц – за нас.

Гарри кивком подает мне сигнал – это наш знак, что Джек ждет меня во флигеле. Но в аппаратной никого не оказалось, и я направляюсь в свой кабинетик. Открыв дверь, вижу Джека: тот стоит, прислонившись к высокому стеллажу. На нем футболка с надписью «Замышляю шалость». Я сразу представляю все шалости, которые мы вместе сотворим, когда все это кончится.

Джек улыбается, отчего у меня внутри происходит что-то невообразимое, особенно в животе, и как только я закрываю дверь, он раскрывает объятия. Я пересекаю маленькую комнатку и обнимаю его за талию.

– Привет, – говорит он и целует меня в губы.

– Привет, – отвечаю я и, не удовлетворившись кратким поцелуем, долго целую его в губы. Мне нравится его целовать; я просто обожаю это делать и мечтаю о поцелуях с ним. Он целуется лучше всех на свете. Я в этом убеждена, хотя сравнить мне особенно не с кем, но мы словно созданы друг для друга – наши губы и тела. И когда он меня целует, я переношусь в такие дали, где никогда не бывала прежде. В волшебные миры.

Боже, кажется, я стала пародией на саму себя, и это, можно сказать, достижение, если вспомнить, кто мое альтер эго.

Наконец поцелуй заканчивается. Это всегда происходит слишком скоро. Мы продолжаем стоять, обнявшись, а Джек смотрит мне в глаза.

– Делу время, потехе час, – говорит он, и мое лицо принимает недовольное выражение. – Понимаю, как это звучит, но ты знаешь, о чем я.

Я надуваю губы в притворном недовольстве.

– В общем, у меня новости. Они касаются всех финалисток, но ты – особый случай, поэтому тебя я решил предупредить заранее. Тут у нас… сложная ситуация. – Я внимательно его слушаю, и с каждой секундой мое любопытство усиливается. Я высвобождаюсь из его объятий, беру складной стул и сажусь.

– Выкладывай, – говорю я.

Он снова прислоняется к стеллажу, и лишь сейчас я замечаю, как напряжены его плечи.

– Я не знаю, смотрела ли ты австралийскую версию шоу, – говорит он, – но к концу сезона мы всегда отводим целую серию под «знакомство с родителями» и оплачиваем родственникам