Читать «Исламская история крестовых походов. Религиозные войны в восприятии средневековых мусульман» онлайн

только он снимет осаду и покинет генуэзцев. Услышав об этом, генуэзцы настояли на немедленном штурме. На следующее утро, 17 октября, христиане вошли в город через брешь в стене и, если верить франкским источникам, устроили резню, подобной которой в Андалусе не видели со времен взятия Барбастро. Была захвачена огромная добыча – сокровища и рабы, – большая часть которой была отправлена в Геную. Так случилось, что Альмерия недолго оставалась в руках Альфонсо. Альмохады взяли ее снова в 1157 г., так же как Кордову в 1148 г. Но тот факт, что христианский король и его союзники смогли нанести удар так глубоко в Аль-Андалусе и получить столь богатый приз, наглядно демонстрирует хрупкость мусульманской политической сплоченности в этом регионе. Урок будет повторен снова и снова.

Перезимовав в Барселоне, генуэзцы приготовились атаковать следующую мишень, на этот раз расположенную намного ближе к дому, – Тортосу. Альфонсо VII к ним не присоединился, оставшись на юге[254]. Зато к генуэзцам и каталонцам присоединились другие франкские союзники, включая некоторых крестоносцев, которые участвовали в осаде Лиссабона, сделав крюк по пути в Сирию. Как и в Альмерии, предыдущие неудачные попытки взятия города познакомили франков с оборонительными сооружениями Тортосы. Нижний город пал почти сразу, и защитники укрылись в цитадели. Ее впечатляющий ров заставил бы остановиться любую осаждающую армию. Пока крестоносцы старались заполнить его и установить осадные машины, защитники города осыпали их градом стрел и камней. Некоторые христиане благоразумно дезертировали. Но осада продолжалась. Мусульмане поняли, что обречены, и предложили условия сдачи, самые странные за всю историю осадной войны. Еще более странным представляется то, что крестоносцы его приняли. Было предложено сдать город после сорокадневного прекращения огня. Но если за эти сорок дней на помощь жителям Тортосы придут их мусульманские союзники из Валенсии, тогда сделка отменяется и христианам снова придется завоевывать город.

Христиане не могли не подсчитать, что продление осады для них больший риск, чем любая мусульманская помощь из Валенсии. Возможно, они знали что-то, чего не знали жители Торотосы. В то время Валенсия была в руках колоритного мусульманского авантюриста, известного христианам как Эль Рей Лобо – Король-Волк. Этот человек был одним из гибких пограничных жителей по образу Эль Сида, которых было много в Аль-Андалусе того времени. Христианские субсидии помогали ему держаться на плаву, когда на его земли наступали альмохады. Он предпочел не вмешиваться в дела Тортосы. И сорок дней спустя, как и было договорено, мусульмане сдали город. К следующему ноябрю граф Барселоны захватил город Лерида и некоторые окружающие крепости, чтобы консолидировать свои владения на северо-востоке. «В этих местах, – жаловался Ибн аль-Асир, – у мусульман не осталось ничего, что не захватили бы франки из-за внутренних разногласий мусульман, и все осталось в их руках по сей день»[255].

К середине XII в. христианские завоевания затормозились в результате как конфликтов среди христиан, так и способности мусульман быстро восстанавливаться. В течение следующего века – начиная с 1150 г. или около того – река Тахо служила границей между мусульманским Аль-Андалусом и христианским севером. Но завоевание Лиссабона, Тортосы и других городов «международными» христианскими армиями, часть которых являлись участниками Второго крестового похода, являлось ярким свидетельством того, в какой степени христианские короли Иберийского полуострова теперь интегрировались в основное течение христианского мира. Мелкие короли, такие как Афонсу Энрикеш Португальский, теперь поддерживались идеологическими и материальными ресурсами Европы. В то же время альмохады, все еще претендовавшие на то, что осталось от Аль-Андалуса, были полностью изолированы от поддержки остального dar al-islam и столкнулись с инакомыслием на своих же собственных землях. В феврале 1148 г. крестоносцы, бывшие в Лиссабоне, отправились на корабле в Сирию. Эта экспедиция закончилась катастрофическим разгромом франков у Дамаска, но тем не менее она подтвердила многим мусульманам – если подтверждение было необходимо, – что франки осадили почти всю Обитель ислама – от Испании до Сирии.

Сицилия в Африке

Чувство глобального франкского наступления на ислам усиливалось тем фактом, что норманнские завоеватели мусульманской Сицилии теперь, и, вероятно, это было неизбежно, обратили свои взоры на Северную Африку[256]. Установив окончательный контроль над мусульманской Сицилией к 1091 г., граф Рожер I правил островом до своей смерти в 1101 г. Его сын Рожер II стал графом в 1105 г. и с 1130 г. правил островом независимо, как король Сицилии. В 1154 г. его преемником стал сын Вильгельм I. При норманнских королях Сицилия пережила золотой век. В это время большинство сицилийских мусульман обрабатывали землю, хотя некоторые из них занимали посты в норманнской администрации. Королевский двор в Палермо покровительствовал мусульманским поэтам, ученым и художникам, которые вносили свой вклад в многонациональную культуру, опиравшуюся на элементы из сицилийского греческого, арабского и латинского населения. В итоге средневековая Сицилия приобрела известность своей разнообразной культурой и терпимым отношением норманнских королей к разным религиозным общинам в своих владениях. Однако, как и в других регионах предполагаемой средневековой терпимости, таких как Аль-Андалус, все это часто было лишь немногим больше, чем политический театр. Реалии, с которыми сталкивались религиозные меньшинства, особенно мусульмане, были совершенно другими. В случае Сицилии норманнские космополитические амбиции отражали факт, что королевство не было изолированным островным государством, а связывалось самыми разными путями с более широкими течениями средиземноморской политики и культуры. И в XII в. политика и культура были не такими уж благоприятными для уязвимого мусульманского населения, жившего как на Сицилии, так и в других районах, входящих в сферу влияния норманнов.

Король Рожер II, который поручил арабскому географу аль-Идриси создать «перевернутую» карту мира, принес норманнское правление в Северную Африку. Представляется, что руководили им по большей части коммерческие соображения. Первым африканским завоеванием Рожера был остров Джерба, что у южного побережья Туниса. Но на самом деле он впутался в мусульманские дела в Северной Африке с 1117 г., когда местный правитель Габеса попросил у него помощи в споре со своим господином, эмиром Махдии. Махдия была столицей династии Зиридов, которая оказалась совершенно неэффективной, помогая в обороне мусульманской Сицилии. Махдия уже оправилась от разграбления франками поколением раньше и стала важным портом, соединявшим средиземноморские (включая Сицилию) и африканские торговые пути. Представляется важным, что спор между Габесом и Махдией касался торговых флотов. Со своей стороны Зириды были раздражены вмешательством в их дела выскочки Рожера и вместе со своими союзниками начали совершать набеги на Сицилию и Калабрию, а сицилийские пираты ответили им тем же на Мальтийских островах и североафриканском побережье. В 1120-х гг. Центральное Средиземноморье стало средоточием пиратской активности, что было плохо для бизнеса (карта 7).

Джерба – первое