Читать «Поиск» онлайн

точит чёртов червь сомнения. А если Паша не в курсе? А если он идёт наобум? А если мы никогда не выберемся?

Я не могу оставить сестру. Я пришёл сюда из-за неё, потому что считал, что смогу ей помочь, но станет ли ей лучше, если брат исчезнет в алтайских лесах? Погрузившись в мысли, я даже забываю о том, что собирался принести Леночке воды, и только её тихий кашель из палатки приводит меня в чувство.

Стас спит у неё под боком беспробудно – он наверняка в берушах и тёмной маске для сна, поэтому наши копошения его не беспокоят. Забравшись обратно, я помогаю Леночке сделать несколько глотков – она выглядит почти серой, и меня это волнует особенно. Губы сухие, кожа рук – совсем шершавая.

– Может, тебе вернуться? – негромко спрашиваю я. Вообще не понимаю, почему забочусь о ней, – наверное, это инстинктивное. Всю жизнь я кружил вокруг сестры, а теперь вместо неё Леночка, пусть и всего на несколько дней.

Я замечаю, что постепенно теряю счёт времени. Лес действует успокаивающе, убаюкивающе, уже точно нельзя сказать, сколько дней прошло. Кажется, что два, но вдруг это мираж? Если четыре или больше? Если нас уже ищут, бьют во все колокола, настолько мы заплутали? Сглатываю неприятный ком паники, который внезапно начал меня душить. Держу Леночку за руку и концентрируюсь на настоящем: запахах, звуках, текстурах – всём, что сейчас меня окружает. Тогда волна немного сходит, хотя кончики пальцев всё ещё немеют, а внутри всё опаляет жаром.

– Спасибо, – бормочет Леночка, и на её голосе я тоже пытаюсь сосредоточиться. Как он звучит? По-больному? Так, будто ей легче? Или так, словно она умирает? От последнего паника начинает расправлять крылья снова, и я глубоко вдыхаю, а потом выпускаю воздух тонкой струйкой через рот.

– Тебе получше? – сам не узнаю свой хриплый голос.

– Немного, – кивает она. В темноте почти не видно, но её щёки немного розовеют – надеюсь, это не игра воображения. – Наверное, ещё посплю. До утра далеко.

Беру в руки телефон, чтобы посмотреть, который час, но значок зарядки погано мигает красным. Смартфон скоро вырубится, и я останусь вообще отрезанным от мира. На самом деле, мысль о том, что он заряжен – несмотря на то, что сеть не ловит, – поддерживала во мне хоть немного спокойствия. Я вспоминал, как искал связь в деревне: ходил к железной дороге, забирался на массивные сосны, думая, что чем выше я к небу, тем больше у меня шансов поймать интернет. Здесь тоже можно было бы залезть, но после переправы через Аккем мне кажется, что мы в слепой зоне, словно нас нет.

– Уже утро, – тихо говорю ей я, слыша, что её дыхание ещё не стало ровным и глубоким, а потому она наверняка не успела уснуть. – Около пяти. Аля говорила, что в девять будем выдвигаться.

– Хорошо, – шепчет она. – Тогда подремлю пару часов.

Леночка всё-таки проваливается в сон, а я, сколько ни кручусь, не могу уснуть. Спальник кажется жарким, палатка и каремат – жёсткими. Трава должна смягчать, но в моменте она ощущается как самая жёсткая гравийка. Иногда находит полудрёма, но я не понимаю, сплю или нет, поэтому решаю больше не пытаться – выбираюсь из душной палатки, мысленно завидуя Стасу и Леночке, которые сопят в унисон, и собираюсь умыться в ручье.

Его шум совсем рядом, однако я обхожу все деревья, близлежащие поляны, но так и не нахожу водоём. «Может, мерещится?» – думаю, пока иду обратно. Лес похож на жуткую голограмму, реалистичную и кошмарную. Выхожу к нашим палаткам, хотя уже успел испугаться, что не найду и их.

Аля сидит у костра и пытается его разжечь – она выглядит беззащитной среди могучих сосен, тонкой и совсем юной. Подхожу к ней со спины и громко топаю, боясь напугать. Нутром чувствую её улыбку и, когда кладу руку ей на плечо и сажусь рядом, сам тепло улыбаюсь в ответ.

– Доброе утро, – желает она, палочкой переворачивая обугленные дровишки – мы накололи их вчера из толстых палок. Небо пасмурное – надо бы запастись дровами, если вдруг пойдёт дождь и они промокнут от непогоды. – Ты, как всегда, раньше всех.

– Непривычно в палатке спать. Помочь с костром?

– Да, утро особенно промозглое, – вздыхает она. – Хочу пожарить сосисок. У нас осталось немного, всем будет классный завтрак.

Показываю ей поднятый большой палец, одобряя план, а сам занимаюсь костром. Ночь отступает, и тревога вместе с ней. Аля нанизывает сосиски на тонкие палочки, которые Паша ещё вчера заточил ножом, а потом, когда огонь разгорается, подносит их к пламени. Не сразу, но они начинают поджариваться, шкурка лопается, сок капает на дровишки. Разливается приятный аромат, от которого во рту невольно собирается слюна. Я придвигаюсь к Але поближе, и мы соприкасаемся ногами, я не чувствую её бархатную кожу, но меня будоражит это даже через два слоя одежды. На удивление, она не отодвигается, а лишь косится и дарит короткую улыбку – вижу её краем глаза, стесняясь смотреть в упор.

– Будешь? – Она протягивает мне одну шпажку. Пахнет дождём и жареными сосисками. Кажется, я сейчас сойду с ума от этого аромата. Или от Алиной близости?

– С удовольствием.

Беру одну палочку и легко дую на неё, желая остудить. Аля делает то же самое, но чуть не давится и быстро отодвигается от меня, когда вжикает молния палатки и из неё выбирается Паша – заспанный и словно не отдохнувший даже после ночи крепкого сна. Он никому не желает доброго утра, сразу пихает сигарету в рот и наливает кофе. Аля даже не пытается протянуть ему еду, наверняка наученная тем, что Пашу по утрам лучше не беспокоить.

– Доброе утро, – говорю я, видать, не наученный ещё ничем. Паша смотрит на меня косо, потом – на Алю и тихо хмыкает.

– Помешал? – интересуется он низким грубым голосом. Он чуть хриплый после сна, оттого звучит жутковато. Чёртов ревнивец.

– Перестань, – бормочет Аля, немного смутившись. На смуглых щеках проступает румянец.

– Будто я не вижу, как он на тебя…

– Хватит! – рявкает она, суёт палки со всеми сосисками мне в руки и поднимается. – Я пройдусь.

Когда она скрывается за деревьями – оранжевая курточка мелькает ещё некоторое время, но Аля уже наверняка нас не слышит, – Паша переводит взгляд на меня, но ничего не говорит. Кожей чувствую, какой он злющий – как стая шакалов, – поэтому отворачиваюсь, избегая его взгляда.

– Знаешь, Русик, – он оглядывается по сторонам, словно тут кто-то может нас подслушать. – Аккуратнее ходи по лесу. Тут и сгинуть недолго.