Читать «Королевская кровь-14. Часть 2» онлайн

лучше, чем снимать блоки.

Данзан Оюнович отпил воды из подлетевшего стакана и заговорил:

— Но прежде, позвольте, угадаю, как вам удалось снять ауру Джона Кембритча. Какой-то божественный артефакт? Влияние крови Марины Рудлог?

— Не понимаю, о какой крови вы говорите, — невозмутимо отозвался Инландер.

— А, оставьте, ваше величество, — сварливо проговорил Черныш. — Я слишком давно живу, чтобы об этом не знать, но, заметьте, ни с кем еще не поделился. Так что сработало?

На мгновение взгляд Инландера стал острым и жестким — в голове Черныша мазнуло ментальным считыванием, и маг покачал головой.

— Хамите старшим, ваше величество.

— Простите, Данзан Оюнович, — без тени раскаяния отозвался гость. — Но я должен был убедиться, что вы и правда знаете, а не пытаетесь добыть из меня информацию. Что же, полагаю, сработало все вместе. Сначала кровь Марины, после употребления которой… обстоятельства вам не нужны… я инициировался в змея воздуха. Затем брак с ней. Затем, увы, моя смерть. Божественный артефакт, суть которого я не имею права озвучивать, и который, фактически, меня оживил. Именно после моей смерти и возвращения леди Виктория Лыськова сказала мне, что у меня инландеровская аура.

— Значит, — с любопытством отметил Черныш, — ничто кроме смерти не способно сорвать пришитую ауру.

— Мы не знаем, как подействовала бы коронация, — пожал плечами его величество. — Если бы я был уже инициированным змеем воздуха, корона бы все равно, как я понимаю, выбрала бы меня.

— Да, вы правы. Ее воздействие могло снять чужую ауру, — согласился Черныш задумчиво. — И если бы вы были на Арене, то корона выбрала бы вас. Наносная аура может обмануть людей, может обмануть потомков богов или сильнейших магов. Но не божественный артефакт. Особенно когда ваша истинная аура усилена огненной кровью. Что же, я рассчитывал понаблюдать за вами до вашей смерти, но вы и так предоставили мне хороший материал. Спасибо.

— Был еще кто-то, кому вы приделали чужую ауру? — поинтересовался Люк.

— Из людей — только вы. — Черныш заметил, как скептически сощурился Инландер, и усмехнулся. — Я предпочитаю иметь полноценные результаты до испытаний на людях, ваше величество. К сожалению, даже у животных мне не удалось полностью добиться ментальной стабильности. И, следя за вами, я, уж простите, видел, что и вы, мягко говоря, нестабильны.

— Это очень мягко говоря, — согласился его величество невесело.

— Вы можете не верить мне, но суть моих разработок в этой области — в увеличении количества магов. Чтобы мы прекратили отдавать это на волю случая и стали регулировать. Я бы хотел скопировать для кого-то перспективного свою ауру… для кого-то такого же толкового и интеллектуально развитого, как я.

В глазах Инландера мелькнула ирония, но Черныш давно перестал стесняться слов о своем превосходстве.

— Но зачем миру нестабильные, психически неустойчивые маги? — продолжал маг. — Это станет не решением, а проблемой. Я никуда не спешу… не спешил, — поправился Данзан Оюнович. — И лет через пятнадцать пришел бы к решению. Не знаю, как будет сейчас. Так что вы — уникальный эксперимент, ваше величество. Уникальнейший. Признаться, я рад, что вы выжили и дали мне пищу для наблюдений.

— Вы не отличаетесь человеколюбием, да? — усмехнулся Инландер.

— Я стараюсь пройти по грани, ваше величество, и перехожу ее только когда другого выхода нет. Не стоит делать из меня чудовище.

— Да, о ваших делах я тоже наслышан, — проговорил король Лукас задумчиво. — Расскажете мне то, что помните о нанесении на меня чужой ауры. Я знаю все со слов Луциуса Инландера… моего отца, хотелось бы увидеть и с вашей стороны.

Черныш не стал спрашивать, до смерти или после батенька собеседника ухитрился все рассказать. Ему это было не слишком интересно.

— Почти тридцать семь лет назад ко мне обратился ваш дед, Кристофер Дармоншир. Мы с ним приятельствовали, он всецело поддерживал мой институт, дал мне максимальную свободу исследований, никогда не мешал. Он тоже горел идеей увеличить количество магов в стране. Он взял с меня клятву о неразглашении и поделился государственной проблемой. И я согласился с этой проблемой помочь. В один из дней мне привели вашу мать и вашего будущего отца, мужа вашей матери. Сначала я сделал слепок его ауры, записал его на носитель — к слову сказать, потом я запатентовал эту методику. Затем я продублировал ауру Кембритча, изменил так, чтобы она отличалась как у отца и сына, добавил слабых знаков Дармонширов, скатал до детской, рассчитал, какой она должна быть на эмбриональном уровне, и надел на вас, прошив вашу образующуюся ауру. При процедуре присутствовал и второй ваш дед, Луциус Инландер-старший. Он и наложил на нас всех ментальный запрет.

— Почему вы его до сих пор не сняли? — поинтересовался его величество.

— Мне он не мешал, — пожал плечами Черныш. Не будет же он говорить, что не смог. — И это было условием, на которое я согласился, чтобы иметь возможность провести этот эксперимент. Затем я наблюдал вас каждый месяц, делал замеры и записи — без указания имен, конечно же. После вашего рождения пришлось закреплять и усиливать слепок, потому что он стремительно начал разрушаться. Все же сила божественной крови, — добавил он задумчиво, — на обычных детях аура должна держаться. И далее я приходил в гости к вашему деду, когда вы с матерью гостили там и наблюдал вас.

— Я вас не помню, — покачал головой Лукас Инландер.

— После того, как вам исполнилось три года, мы оговорили с лордом Кристофером, что я буду наблюдать вас тайно. Вы, смею сказать, уже тогда показывали признаки живого и любопытного ума, и вполне могли в будущем что-то заподозрить.

— Я и без этого заподозрил, — усмехнулся мальчишка. Инландеровского самодовольства в нем тоже хватало.

— Были опасения, что в период полового созревания ваша аура снова попробует пробиться сквозь наносную. Но к тому моменту я уже понимал, что давление истинной ауры проявляется в вас всплесками эмоций, адреналина, ненормальном стремлении к риску. Хотя для Инландеров он нормален… но вы даже для Инландера постоянно пытались обо все убиться и получали от этого удовольствия.

Новоявленный король мечтательно улыбнулся. А Черныш продолжал:

— И поэтому я посоветовал вашему деду, когда вам исполнилось двенадцать, обеспечить вам канал выплеска этой энергии. Иначе в какой-то момент при всех моих предосторожностях ауру Кембритча могло снести.

— То есть это благодаря вам я оказался в военном училище, — пробормотал король Лукас.

— Насколько я знаю, ваш дед и так собирался вас отдавать в кадеты,