Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

рассыпались звездным небом. Развернулась иллюзия: пол стал необычайно мягким, расстелился густой лужайкой, а между диваном и обеденным столом вдруг ни с того ни с сего появилось грушевое дерево…

То самое, что росло в саду старейшины шаманов.

Шэн Линъюань, схватив Сюань Цзи за воротник, прижал его к дереву.

Глаза его величества, глубокие, как старый колодец, налились кровью, а руки затряслись. Казалось, он вот-вот сойдет с ума.

— Тебе обязательно надо меня донимать?

Сюань Цзи наклонился к Шэн Линъюаню и прошептал ему в ухо что-то на русалочьем языке.

Его произношение было слишком безупречно, а слова подобраны поразительно точно для пернатого недоучки. Более того, звучали они витиевато, и даже Шэн Линъюань с его огромной эрудицией и отличной памятью понял не все из услышанного. Его величество замер, почувствовав что-то неладное, как вдруг кончики пальцев Сюань Цзи внезапно выпустили тысячи алых нитей, и те пронзили его грудь!

Застигнутый врасплох старый демон мгновенно ослаб и рухнул к ногам Сюань Цзи.

017

«Нити» проткнули грудь Шэн Линъюаня насквозь, а затем вновь вернулись к Сюань Цзи, словно сшивая их вместе. Ощущение единства, от которого волосы вставали дыбом, всколыхнулось в нем вместе с потоком крови.

Но Шэн Линъюаню было не до того. Частые нити казались тоньше паутины, тоньше стежков на сучжоуской вышивке, тоньше чувства тоски по дому. Сгусток демонической ци в его груди, выполнявший роль сердца, моментально рассеялся, но «сердцебиение» не прекратилось. Исходившие из «сердца» нити заставили подрагивать все энергетические каналы и кровеносные сосуды в его теле, стылая кровь Демона Небес внезапно нагрелась, устремилась к конечностям и обжигала так, что он едва не свернулся кольцом. В тот миг ему казалось, будто бесчисленное множество муравьев карабкается по его меридианам.

— Потерпи немного, я с тобой. — Голос Сюань Цзи был мягким, успокаивающим, но руки крепко удерживали старого демона. — Вряд ли это больнее, чем вырезать сердце, правда?

И тогда Шэн Линъюань наконец понял, что проникло в его грудь:

— Ты…

— Разве тебя не удивило, как там, на мосту, я смог отыскать тебя, обойдя твои непревзойденные чары «отвода глаз»? — Дыхание у Сюань Цзи было учащенным, как у зверя, что подлизывается к хозяину. — Ваше величество, неужто вы забыли, что ваше сердце все еще у меня?

Слышать это было невыносимо, и Шэн Линъюань попытался вырваться, но крепость мышц и магическая сила, циркулирующая по каналам, не могли исходить из одной точки — для этого нужна была определенная «цепь», похожая на ту, что связывает между собой мышцы и суставы. И магической силе, и демонической ци нужны были свои каналы для передвижения. А гнусные «нити» как раз аккуратно вплетались в ключевые звенья этой «цепи», превращая Шэн Линъюаня в деревянную куклу с заржавевшими шарнирами.

— Я берег твое сердце и кровь клана Чжу-Цюэ три тысячи лет, а ты хочешь отмазаться от платы за хранение, даже забирать свои вещички не хочешь. Ну и что мне с тобой делать? — вздохнул Сюань Цзи. — Как же ты меня бесишь!

Шэн Линъюань ничего не ответил.

Сначала давление в гудящих кровеносных сосудах поднялось до небес, а висок яростно запульсировал. Вместе с этим в его тело капля за каплей вливалась свежая кровь, и он чувствовал себя трупом, который самовольно выкопали из могилы, нагрели, растерли и отправили париться в сауне. То была его родная, его собственная кровь, но она была отделена от него так долго, что стала более чуждой, чем можно было представить. Как его тело, с ног до головы поддерживаемое лишь демонической ци, могло выдержать эту жизненную силу? Шэн Линъюаню казалось, что его бросили вариться в кипятке.

А затем настал черед сердца.

Тонкие кровавые нити, бурлящим потоком пройдясь по всему его телу, наконец собрались в груди. Что-то со щелчком выпало оттуда, приземлилось на иллюзорную траву и покатилось прочь… то была фигурка птички, преследующей бабочку, — та самая, которую он унес из кофейни в Юйяне.

Затуманенный взгляд Шэн Линъюаня невольно устремился вслед за безделушкой, но Сюань Цзи заставил его повернуться обратно, словно сквозь ребра коснувшись его сердца:

— На что ты смотришь? Из вырытой в груди ямы ты сделал кладовку. Раньше там лежал один металлолом — несколько десятков цзиней железного хлама, а сейчас ты всюду носишь с собой эту деревянную фигурку из магазинчика «Все по десять юаней». Ваше величество, почему в вашем сердце есть место только для этого барахла?

Шэн Линъюань открыл рот, но не смог издать ни звука. Грудь его сжалась, а кровавые нити сплелись воедино: давно утраченное сердце вернулось на свое законное место и бешено заколотилось, грозя разбить ребра.

В этот момент новогодние колокола зазвонили наперебой, на бесчисленных цифровых билбордах вспыхнули электронные экологически чистые фейерверки, и пять чувств Шэн Линъюаня обострились в сотни и тысячи раз. Громкие возгласы, шум ветра, звуки телевизоров в домах, вибрация мобильных телефонов… шквал звуков обрушился на него.

Для Шэн Линъюаня это было уже чересчур.

В новогоднюю ночь три тысячи лет назад Сюань Цзи, невидимый и неосязаемый, в одностороннем порядке распрощался с ним навсегда и забрал с собой его брошенное сердце.

И в новогоднюю ночь три тысячи лет спустя его величество получил его обратно.

Кровавые нити вернулись к хозяину, и родовой знак у него на лбу заметно потускнел, превратившись из багрового в золотисто-красный… а затем в золотой. Алые нити оставили на ладонях Сюань Цзи несколько мелких ран, которые быстро зажили. Остатками крови он нарисовал на спине Шэн Линъюаня магический круг и тихо, про себя, произнес несколько слов на самом загадочном языке в мире — русалочьем.

Это был один из подарков, что преподнес ему старейшина клана в качестве платы за услугу.

Сокровенное предание русалок в народе могли бы называть просто «руководством для обеспокоенных родственников»: ничего серьезного из него узнать было нельзя, кроме множества окольных путей уберечь близких, о которых обычный человек в трезвом уме и не подумал бы. Например, Искусство извлечения сердца: перед смертью нужно собрать всю свою накопленную за жизнь силу, сгустить ее и слепить из нее защитное снаряжение для дорогого человека. Сюань Цзи о таком и слыхом не слыхивал, да и Дань Ли ничему подобному их не учил.

Может, будучи представителем клана Чжу-Цюэ, Дань Ли в силу некоторых родовых отличий не слишком хорошо понимал наречие морских обитателей, а может, императорский наставник, способный ворочать горы, просто презирал клан русалок, повернутых на любви… Даже его величество, будучи ярым приверженцем «равноправия», полагал, что