Читать «Девушка из номера 11» онлайн

проверить, повесила ли я табличку «Не беспокоить», а потом пошла принимать душ. Увы, я никак не могла поделиться с ними этим разумным объяснением, поэтому Диккерс и Райт сочли, будто бы в 8:26 я вышла за утренней прессой или чтобы повесить на дверь ту самую табличку, а на завтрак на самом деле отправилась пятью минутами позже. Совсем небольшое расхождение, и все же. Само-то убийство тоже свершилось за несколько минут, и, естественно, Диккерс обратил внимание на мою неточность.

В любом случае Коулу и Бену я тоже ничего сказать не могла. Признать присутствие в номере Кэрри было бы чистым безумием, верной дорогой на скамью подсудимых. Опять же я столько пережила ради этой женщины, спасшей мне жизнь почти десять лет назад! Что же теперь, плюнуть на все и выдать ее тайну?

– Хм, даже не знаю, – медленно произнесла я. – Может, все-таки я вышла чуть позже, чем мне помнится. Но вот посмотрите: времени 9:17, когда я услышала крики из коридора, присвоен код «0» – дверь открыли изнутри.

Дальше шло время 9:18. Вероятно, Кэрри выглянула, пытаясь понять, куда я делась. Однако тут разница была совсем маленькой и ни на что не влияла.

– Потом 9:22 – это я прибежала за телефоном, набрала службу спасения и вернулась в номер Маркуса, где по-прежнему находились Питер и горничная. Все остальное время я бегала туда-сюда, меня допрашивала полиция.

Слава богу, все остальные показания дверного замка соответствовали моей истории, но, вглядевшись в колонки цифр внимательнее, я осознала: если полиция возьмет, к примеру, предыдущий день, я влипну. Сколько раз Кэрри открывала мне дверь изнутри, сколько раз я входила в номер, не используя ключ-карту? Как объяснить эти факты? К счастью, распечатка ограничивалась предположительным временем смерти Маркуса. Оставалось надеяться, что никто не станет проверять более ранние периоды. И хорошо бы Кэрри в мое отсутствие не совершила ничего безрассудного.

– Ну да, здесь все более-менее понятно, – подытожил Коул и провел пальцем по другой колонке. – Если «Зяблик» – номер Маркуса Лидманна, то… Так, 8:30, 8:36… Это что? Маркус открывал кому-то дверь?

– Наверное, забирал прессу? – предположила я, но тут до меня дошло. – Нет, погодите. В 8:36 он, видимо, впустил в номер сына. Помните, я встретила в коридоре Питера, когда он выходил от Маркуса? Значит, сперва Маркус ему открыл. Затем 8:49 – Питер вышел, собираясь на завтрак. По времени все совпадает: я вернулась из ресторана, столкнулась с ним у номера, мы поговорили, и он спустился вниз. Две минуты спустя, в 8:51, я вошла в свой номер.

– Да, все логично, – задумчиво проговорил Бен. – А вот это что такое? – Он указал на запись на пару строк ниже, на которой задержался и Коул. – Вот снова открылась дверь «Зяблика», здесь код П14. Значит, в номер вошел убийца?

Я нахмурилась, всматриваясь в скан на экране телефона и разбирая заметки от руки внизу распечатки.

– Нет, не думаю. Здесь ведь есть комментарий: П14 – это персонал. То есть символом «П» обозначаются служебные ключи, а литерой «Г» – ключи гостей отеля. Наверняка в 9:15 пришла горничная убраться в номере. А через две минуты я услышала крики и выскочила в коридор. Вероятное время смерти Маркуса – точно после 9:05, когда он позвонил в обслуживание номеров, и до 9:15, когда горничная обнаружила его труп. С точки зрения полиции, именно на этот период у меня нет алиби, я ведь была в своем номере. Но в то же время показания дверного замка доказывают: с 9:05 до 9:15 я из номера не выходила. Однако как убийца пробрался к Маркусу?

Коул продолжал озадаченно смотреть на строку с цифрами 9:15.

– Получается, что, начиная с четверти десятого, дверь номера ни разу не открывалась целых сорок минут. Но ведь вы в это время заглянули на крики, потом бегали туда-сюда, звонили в службу спасения. Почему же ваш электронный замок регистрировал эти перемещения, а замок Маркуса ничего не отразил?

Мы замолчали, уставившись на распечатку, а затем меня осенило.

– Я знаю почему! Дверь-то в «Зяблике» и не закрывалась. Она все время была приоткрыта – горничная выдвинула задвижку. Должно быть, в отеле вообще так принято, пока идет уборка. Значит, замок показывает только время, когда горничная зашла в номер, то есть 9:15. Все последующие входы и выходы действительно не регистрировались, поскольку замок не запирался.

– А, вот как… – протянул Коул. – Тогда все встает на свои места. Выходит, в 9:15 выдвинули защелку, а на замок дверь закрыли только около десяти утра. Вот, 10:04 – «П02 = мы». Мы, то есть полиция.

– Ага, видимо, администрация отеля предоставила полицейским служебный ключ, чтобы, кроме них, никто не мог попасть на место преступления.

– Нет, стоп, – вмешался Бен.

Он будто решал в уме простенький пример, а тот никак не давался. Нахмурившись, снял очки и протер глаза.

– Стоп. Ведь то же самое можно сказать относительно любого времени в колонке. Ты говоришь, что дверь номера Маркуса не открывали с тех пор, как Питер ушел на завтрак, а именно с 8:49, и вплоть до прихода горничной в 9:15. Только откуда у нас такая уверенность? Не мог ли Питер сам выдвинуть задвижку? Вдруг в этот период в номер кто-то проник?

Мы с Коулом надолго замолчали, обдумывая версию Бена. В ней явно был смысл, и я отчаянно пыталась мысленно вернуться к концу нашего с Питером разговора. Закрыл он дверь или нет?

– Не могу сказать на сто процентов, – наконец заговорила я, – но, насколько я помню, дверь все-таки была закрыта. Помню, как мы стояли в коридоре, как Питер держал ладонь на ручке, а потом сделал шаг в сторону лестницы, и прозвучал характерный щелчок. Если замок не щелкнул бы, я обратила бы внимание. А выдвинутую задвижку вообще хорошо видно. Когда я прибежала на крики – заметила ее сразу и поняла, что номер открыт. Она такая серебристая, бросается в глаза.

– Необязательно это должна быть задвижка, – возразил Бен. – Например, загнулся уголок ковра в номере, и дверь вроде как выглядит закрытой, а замок на самом деле не сработал.

Я задумалась, покусывая губы. Пыталась представить, могло ли случиться так, как предполагал Бен. С одной стороны, надеялась, что нет, ибо тогда грош цена аргументам Дэна, позволившим вызволить меня из участка. Если Питер Лидманн, уходя, запер за собой дверь, если никто не мог войти в номер в тот промежуток времени, когда у меня не было алиби, то я физически не имела возможности утопить Маркуса.

Если доводы Дэна верны, если замок