Читать «Служебные обязанности» онлайн

замуж, а там всё само собой станет хорошо. Но никто же не гарантирует, что станет на самом деле, — она грустно улыбается.

Ну да, если отец её был игроком и транжирой, то у неё есть опыт на этот счёт.

— Так вот совершенно не обязательно, что станет, понимаете, — вздыхаю. — Может быть — да, а может быть — и нет. Честно говоря, я опасаюсь замужества без брачного контракта и чётко прописанных прав и обязанностей. Потому что если не проговорить всё заранее, то потом окажется, что тебе вроде как и не должен никто и ничего, а ты должна всем.

— Это если большое наследство, как у вас, — качает Маринетт головой. — А у меня небольшое. И я пока не понимаю, насколько хорошее. Нам с маменькой обещали прибыль за прошедший месяц, а сейчас оказалось, что её внезапно нет.

— А вы не хотите проверить ваши счета и работу ваших людей, и вашего управляющего? — я бы с этого начала.

— Я ж не умею, — Маринетт смотрит в чашку с грустью. — Я уже готова попробовать. Но я не знаю, с какой стороны за это браться.

— С той, что ближе, — смеюсь. — Вообще вы можете поговорить с Мишелем Паланом и заключить договор с ним — пускай их с отцом контора выполнит проверку и получит сведения о том, насколько уверенно себя чувствует ваше предприятие. И расскажут вам.

— Так просто? — удивляется она.

— Так и вправду ничего сложного. Вы ведь знакомы с Мишелем, можете просто обратиться к нему… да хоть на балу в субботу, думаю, он там будет.

— Хорошо, я попробую. Потому что маменька считает, что не нужно во всё это лезть. Она рада, что можно больше не заниматься шитьём и починкой чужого белья. И целый день сидит на балконе и смотрит, кто ходит по улице, познакомилась с соседями и пытается с ними дружить. И даже представила мне племянника соседей, будто я готова выйти за первого встречного, — фыркает.

— О нет, за первого встречного не нужно, разве только фиктивным браком, чтобы ненадолго.

— Ой, нет, развод — это же огласка и скандал! Маменька не переживёт.

— А если вы будете несчастны в браке, переживёт? — хмыкаю.

Амели легко пережила бы мой неудачный брак, но вот неудачный брак Аннет — вряд ли. Папенька же, думаю, не позволил бы мне неудачного брака.

— Что значит — несчастна? Она сама, мне кажется, была не очень-то счастлива. Но всё время повторяет, что тогда она осталась бы приживалкой в доме своей замужней сестры, и это было бы ещё хуже.

— Но ведь она у вас замечательная рукодельница, и отлично прожила бы своим трудом, — недоумеваю.

— Она никогда не решилась бы открыть своё большое дело, и работать на незнакомых людей, только понемногу выполнять заказы соседей, и то не от хорошей жизни. И сейчас никак не готова разбираться, почему нет денег, и куда делась обещанная прибыль.

— Значит, не говорите ей ничего, разберитесь сами. Это не слишком сложно, на самом деле.

— Но наш управляющий господин Маршан скажет, что это не наше дело, и что мы ничего не понимаем, и будет прав.

— Нет, не будет прав. Ведь вы — владелица, это ваше наследство. И от вас зависит, насколько большим оно будет.

— Мне бы хотелось, чтобы побольше, конечно, — улыбается Маринетт.

— И я отлично вас понимаю. Можете прибыть ко мне в контору завтра с утра? Я озадачу Мишеля, и займётесь.

Она посмотрела на меня с изумлением.

— Как…прямо завтра?

— Прямо завтра. Чего тянуть? А если Иветта Соми что-то там станет о вас говорить, я думаю, все мы переживём.

Видимо, для неё это оказалась какая-то новая мысль — про переживём, и Маринетт заулыбалась.

— Я смотрю на вас и говорю себе, что раз вы переживаете такое, то и я смогу.

Я задумалась — легко ли я переживаю всё, что происходит вокруг.

— Знаете, Маринетт, меня всё происходящее только раззадоривает. Я что-то делаю, мне отвечают, я снова делаю… и так до бесконечности. И не делать нельзя, потому что у меня служат люди, я отвечаю за них и за то, что будут есть их жёны и дети. Во всяком случае, пока они служат у меня.

Папенька всегда повторял, что если я не буду заботиться о своих работниках, то буду вынуждена то и дело искать новых. Показывал на примерах конкурентов и приятелей. Ухудшить условия, увеличить рабочий день, уменьшить жалованье, получить больше прибыли сейчас — или играть в долгую и выиграть чуть после, но размер выигрыша будет намного больше?

Ладно, я только учусь, что уж там.

— А если все эти люди поправят свои дела за ваш счёт и уйдут восвояси? — спрашивает Маринетт.

— Значит, такова наша с ними судьба, — пожимаю плечами. — Они со мной до тех пор, пока хотят и могут у меня служить. Я могу предложить подходящую работу и привлекательные условия, их дело — соглашаться или нет. Но вообще я хорошо плачу и морякам за рейс, и всем, кто служит в конторе. И по фермам тоже нужно проехаться и посмотреть, что там и как.

— Зачем вам на фермы? — не понимает Маринетт.

— Как же, я хочу посмотреть на всех своих работников, — для меня-то это обычное дело, папенька тоже так поступал. — И они тоже пускай на меня посмотрят. Буду знать, кто и что у меня делает.

— Без этого не работает?

— Не знаю. Может быть, у кого-то другого и работает. И всё равно, сначала нужно разобраться с кораблём.

Сегодня господин Вержи пока никак не давал о себе знать, написать ему письмецо, что ли? Или вызвать магической связью? Ладно, если что — вечером из дома.

— У вас в самом деле что-то украли с корабля?

Я рассмеялась.

— А городские сплетники уже рассказывают, что украли? О нет, не украли, спрятали краденое, и меня уже было хотели арестовать если не за кражу, так за укрывательство краденого. А пострадавший — господин Барусс-младший, и он, как мне кажется, стал ещё вреднее, чем обычно.

— Каролина Соми говорит, что ей кто-то рассказал о той краже.

— Интересно, кто? — я даже взбодрилась и подумала — не отправить ли к ней