Читать «Камень преткновения» онлайн

не до Харбина, им даже Мукден далек. Думаю, обещание сдержат, и воспрепятствуют переселенцам. К тому же, как только корейцы застолбят за собой возвращенные земли, они начнут осваивать соседние. А там потихоньку сложится ситуация, что их станет намного больше, и вот тогда они вспомнят все, как вы говорите иной раз. Ляодун в аренду обещались никому не отдавать.

— Карл Иванович, Цыси верить на слово, себя не уважать, ее советникам тем более. За нами осталось «право первой ночи», но занимать Ляодун нельзя, это похлеще «яблока раздора» будет. Российской империи можно действовать опосредованно, через Корею — этого вполне достаточно. Здешние гавани позволяют контролировать Желтое и Японское моря, стратегически важный Цусимский пролив. И учтите, после нашей победы Япония уже никогда не войдет в «клуб великих держав», нет для нее там места. Без китайской контрибуции самураи не смогут построить броненосцы и броненосные крейсера, и подготовиться к войне с русскими и корейцами одновременно. Собственных ресурсов ничтожно мало, не думаю, что Токио удастся получить очень большие займы от Англии и САСШ.

Пак посмотрел на посланника — результатами поездки Вебера были довольны не только в Петербурге, но и в Сеуле, и куда больше. Сопредельную Маньчжурию лучше держать в первозданном виде, не допустив туда миграции ханьцев. И строить Амурскую железную дорогу, провести ветки к границе — как из Забайкалья, так и с Приморья. И тихо произнес:

— Для будущего Японии стратегически проигрышная ситуация — их побережье в зоне досягаемости легких сил нашего флота, а сама Корея выдвинутый вперед плацдарм. А там все зависит от многих факторов, но никак нельзя упускать из вида Маньчжурия — ее территория может стать естественной защитой российского Дальнего Востока на долгие годы…

На карте показано место Маньчжурии в зонах российских и японских интересов. Строительство КВЖД нанесло сильнейший удар именно по России, от которого империя не смогла толком оправится — репутация была окончательно подорвана позорным поражением от Японии…

Глава 32

Далеко впереди в трех верстах вставали разрывы чугунных 87 мм гранат — единственная «легкая» батарея вела по окопавшимся японцам достаточно эффективный огонь. Всего четыре пушки, вот только помощь от них оказалась ощутимой — корейские фанзы буквально разносило в пыль, а кирпичи, если таковые имелись, превращались в щебенку. Жалко, что заряд в полфунта черного пороха, а не тротила, но вполне действенно.

К сожалению, в Приамурском военном округе не озадачились полевой тяжелой артиллерией, и в Корею не отправляли батарейные 107 мм, или 9-ти фунтовые пушки. Про шестидюймовые полевые гаубицы и разговор никогда не шел — их во всей русской армии и сотни не набиралось. Во Владивостоке имелось два десятка осадных или крепостных 152 мм и 107 мм пушек на железных колесах, но их вообще не думали отправлять — не на руках же по сопкам таскать системы в две, а то и три сотни пудов веса.

Тут с 4-х фунтовой пушкой намаешься, она только числится в расписании «легкой», а в боевом положении вес за тонну, чуть меньше дивизионной ЗИС-3, но таскать ее слабосильным корейцам было тягостно. Местные лошаки в качестве тягловой скотины малопригодны, да и сдыхают от нагрузок. Все держится исключительно на носильщиках — «упряжка» в два десятка мужичков с хрипением и освоенными русскими матами, под девизом «давай, поднажмем» старческим трясущимся от натуги шагом, переволакивала пушку на версту, а там все падали на землю, даже не сбросив лямки «упряжи», потеряв силы от неимоверной натуги. И хоть кормили их от пуза, но народец щуплый, на одном героизме и силе воли держались.

Конной тяги не было, как и передков — и все дело не в их отсутствии, имелись, в любой армии с этим строго, все привезли морем, а в том, что дорог не было как таковых. Если вокруг города еще бодро сновали повозки, а в Сеул от Чемульпо даже железная дорога строилась, то здесь, в «глубинке», такой роскошью не озадачивались, с начала эры предпочитали все таскать на собственном горбу. Всадник еще проедет, а вот пушку с передком шестеркой лошадей по заковыристым тропам не протянешь. Так что на каждую бригаду выдали только по одной батарее 87 мм орудий — гранаты и шрапнели весом почти в семь килограмм или 17 фунтов очень сильно выручали «ыйбенов». Однако принятые в русской армии восьми орудийные батареи слишком громоздкие, поди перетащи такую — их сразу же делили пополам, формируя две батареи, а там вообще делили еще раз пополам, доходя до взводов.

«Вывозили» войну на себе горные пушки, калибра в два с половиной дюйма или 63,5 мм. Пожалуй, сейчас в России вообще не осталось скорострельных пушек Барановского весом в восемнадцать пудов. Выгребли еще четыре года тому назад, опустошив склады ГАУ, где эти орудия имелись — Пак много раз писал о том императору, буквально вымаливая пушки. Но даже у царя возможностей не имелось — заказ не выполнили, пришлось ГАУ выпрашивать точно такие же по калибру пушки, но у Круппа. Так что под две сотни орудий набрали, благо и на флоте имелись десантные пушки Барановского, их производство потихоньку велось — пришлось и там «присосаться». Зато многие батальоны получили по батарее таких пушечек, в крайности взвод — их можно как вьючить на лошаков, так и нести в разобранном виде. Вот только дальность стрельбы вдвое меньше, и фугасный снаряд в десять фунтов веса, с втрое меньшим зарядом делали эффективность этих пушек невысокой. Но в условиях пересеченного ТВД хоть что-то, чем ничего, нормальных горных трехдюймовок еще долго ждать. Как и пулеметов с магазинными винтовками, производство последних началось недавно. С минометами даже заморачиваться не стал — время для них еще не пришло, да и по дальности стрельбы 82 мм батальонный миномет в полтора раза уступает той же горной пушке Круппа, как и по весу боеприпаса.

Сейчас воевали тем, что имелось на складах ГАУ — винтовок Бердана хватало с избытком, патронов к ним тоже, как и снарядов. Тем более, судя по слабому ответному огню японцев, с боеприпасами у противника не просто туго, уже скверно. И тут уже начала сказываться морская блокада, устроенная русским флотом, взявшего под контроль Цусимский пролив, и до предела осложнив японцам поставки всего необходимого в Фусан.

Корея заполыхала, многомиллионное крестьянство юга восстало почти поголовно, японские переселенцы, побросав хозяйства, бежали толпами на юг, к единственному оставшемуся порту. Самому Паку это напоминало войну