Читать «Камень преткновения» онлайн

с Макаровым уцелели только потому, что их прикрыли собой офицеры и матросы, по их разорванным телам он и выползал наружу, перемазался с ног до головы кровищей. Но вроде оправился, пришел в себя, хотя чуть тошнило. Но полстакана коньяка, вовремя подсунутого, вернуло соображение, хотя хлестанул залпом, словно воду, даже не заметив, что пьет. Однако спустя минуту стало намного легче — и он спокойно смотрел на тот уголок ада, в котором сейчас находился, испытывая острое желание как можно скорее вернуться в боевую рубку. А тем временем его уже обтерли, принесли сменную одежду, от исподнего до ботинок, на сюртук с золотыми погонами перецепили беленький крестик. И живо, в две пары рук переодели за какую-то минуту, до этого наложив тугие повязки на царапины. Помогли подняться, хотя этого не требовалось — Александр Михайлович уже чувствовал, что силы к нему вернулись, и ноги не дрожат от предательской слабости. Повел плечами, ощущая погоны, еще раз взглянул на полный боли лазарет и решительно направился к трапу — бой продолжался, и теперь уже ему надлежало командовать эскадрой, пока командующий оправится от контузии…

— Все правильно, с передачей командования никогда не следует торопиться. Да и зачем — сражение распалось на четыре схватки, где каждый знает, как ему надлежит действовать. Так что командуйте броненосцем, Михаил Васильевич, надо сражаться дальше.

Великий князь кивнул старшему офицеру «Императора Николая I» капитану 2-го ранга Озерову, который немедленно явился в боевую рубку почти сразу, как ее поразил двенадцатидюймовый снаряд японского броненосца. Внутри было месиво из человеческих тел, капитана 2-го ранга Фелькерзама опознали только по погону, но им со Степаном Осиповичем невероятно повезло — уцелели, и при этом даже тяжких ранений не получили. Именно сейчас Александр Михайлович уверовал в счастливую звезду — видимо, на небесах их специально оберегают. В то время как противнику крепко досталось за то короткое время, которое он отсутствовал в рубке.

Теперь горели оба вражеских броненосца — установленные на них старые двенадцатидюймовые пушки имели низкую скорострельность, а потому русские «императоры» их просто забросали снарядами. Особенно свирепствовали девятидюймовые орудия, с короткого расстояния в двенадцать кабельтовых промахов практически не было, для тяжелых орудий это пусть не «пистолетная» дистанция, но очень, очень близкая. И сейчас он прекрасно видел, как десятипудовые снаряды раз за разом взрываются на «китайцах», как на наружных броневых плитах без малейшего ущерба, так и внутри корабля за пределами цитадели. И там был настоящий ад — на одном пылал огромный пожар, охвативший корму, на втором рос дифферент на нос и крен на правый борт, возникший от многочисленных пробоин, куда потоками врывалась морская вода. И главное — пыталась стрелять только одна орудийная башня, пославшая два снаряда в «Александра». Тот перенес единственное попадание стоически, хотя на полуразрушенной корме с новой силой забушевал пожар. Но на это ответил шестью девятидюймовыми фугасами, два из которых поразили японский броненосец, и несколькими залпами шестидюймовых пушек — противнику удалось выбить только одно орудие из четырех. Зато вражеская средняя артиллерия прекратила огонь, кроме носовой башенки, с которой ежеминутно летел снаряд.

Неприятно, но терпимо, теперь нужно добивать противника, тот еле ползет, и не может отбиваться. Капитан 2-го ранга Щенснович, командовавший минными крейсерами, бросился в атаку на «Всаднике», за ним следовали три миноносца. С другой стороны торопился напасть «Гайдамак» с парой миноносцев. Однако и японцы, осознавшие тяжесть ситуации, бросили свои миноноски — теперь бы самим торпеду в борт не получить…

Броненосный крейсер «Адмирал Нахимов» в бою — в бортовом залпе шесть 203 мм и пять 152 мм пушек, на момент его постройки ни один из кораблей этого класса не имел такой впечатляющей мощи. Если бы продолжили дальше строить такие крейсера для эскадренного боя, с большей скоростью и крупнее по водоизмещению, а не океанские рейдеры, возможно изменился бы и сам ход войны на море в 1904 году…

Глава 41

— Сближаться и топить! Теперь ему никуда деваться!

Контр-адмирал Алексеев хищно ухмылялся — крейсер «Нанива» резко сбросил ход и отползал на пяти-шести узлах. Вот только отпускать его Евгений Иванович не собирался, памятуя о старинном правиле — «недорубленный лес всегда вырастает». «Нахимов» одновременно дрался с тремя крейсерами — перевооруженными японскими, с которых были сняты десятидюймовые орудия. И китайским «бронепалубником», на который были поставлены четыре британские 152 мм пушки. Но вся штука в том, что на три японских крейсера сообща приходилось два десятка таких стволов, из них в бортовом залпе тринадцать, «чертова дюжина». «Нахимов» сейчас стрелял из всей артиллерии — одним бортом по «Наниве» и прикрывающему ее «Такочихо», другим по бывшему китайскому крейсеру английской постройки. Совсем маленькому кораблю, с которого были сняты германские 210 мм пушки, слишком тяжелые для двух тысяч трехсот тонн водоизмещения. И весьма вероятно, именно ими были вооружены сейчас «симы» — но то от отчаяния и полной безнадежности, Япония страна очень бедная.

— Утопим, ваше превосходительство, но желательно еще одного с ним прихватить, благо сами подставились. А то и весь отряд!

Командир «Нахимова» капитан 1-го ранга Небогатов был настроен очень воинственно, прекрасно понимая, что теперь, с уменьшением дистанции до двадцати кабельтовых, восьмидюймовые фугасы весом в семь пудов для японских крейсеров, из защиты имеющих только броневую палубу, просто убийственны. А к восьми таким орудиям приплюсовываются десять 152 мм пушек Обуховского завода, с длиной ствола в те же 35 калибров, безостановочно бивших с батарейной палубы.

— Хотя бы двух, Николай Иванович, третий убежит. Надеюсь на ваших комендоров — они справятся с делом!

Евгений Иванович усмехнулся, в успехе он теперь не сомневался. Тем более по совокупному водоизмещению весь японский отряд был практически равен русскому броненосному фрегату, а по вооружению сильно уступал. Так что в исходе боя он не сомневался, лишь бы японцы не успели удрать. А вот флагманской «Наниве» под контр-адмиральским флагом некуда деваться, кроме как уйти на дно, а сдаваться японцы не будут. Самураи тут слишком уперты, такой позор для них недопустим — сразу себе брюшины острыми ножиками вскрывают, многовековой ритуал у них на это дело имеется особый, сеппуку или харакири называемый.

— Есть, попали в «чанга», заметно осел на нос!

Евгений Иванович живо перешел на противоположную сторону боевой рубки — ее шестидюймовые плиты надежно защищали адмирала с его штабом и командование крейсера. Так и есть, бывший «китаец» имел серьезный дифферент на нос, форштевень наполовину ушел под воду. Восемь дюймов