Читать «Камень преткновения» онлайн

«Токачихо» потеряли ход, и раскачивались на волнах. Построенные на английских верфях небольшие по водоизмещению корабли не рассчитывались на открытый бой с броненосным фрегатом, попадания восьмидюймовых снарядов превращали их конструкции в искореженное железо. Да и третьему крейсеру, также построенному в Англии, только для Китая, серьезно досталось — один из семипудовых снарядов проломил скос карапасной броневой палубы и разорвался в румпельном отделении, разнеся там все вдоль и поперек. Теперь корабль даже отползти не мог, а попадания следовали одно за другим, что для маленького крейсера, в полтора раза меньшего по водоизмещению, чем «Нанива», всего две тысячи триста тонн, стало самой смертью. Бывший «Цзинъюань» только раскачивался от разрывов, наполовину погрузившись в свинцовые воды Цусимского пролива, и ответного огня уже не вел, орудия были выбиты.

— Если бы имели ход, то удрали. Надо было бросать «Наниву» и бежать, но раз остались, то разделили ее судьбу. Это не храбрость, а дурость — самураи не могли не понимать, что столкновение с броненосцем для них гибельно. Но тем лучше для нас, Николай Иванович, что они решили сражаться с нами до конца — мы смогли одновременно одолеть сразу трех противников, которых теперь нужно только добить. Но этим займутся канонерки Бирилева, а нам нужно сразиться «Чийодой» — пора взяться за японцев всерьез. Поднимите сигнал для «Витязя» — пусть выходят из боя!

Контр-адмирал Алексеев усмехнулся, благодушия у него давно не было, бой есть бой, и восторгаться противником в нем не принято, врага надо топить. К тому же он прекрасно видел, как японцы одолевают «Витязь» и «Манджура» с «Корейцем», скорострельные пушки давали им неоспоримое превосходство. Но теперь пусть постреляю по «Нахимову» — их ждет жесточайшее разочарование. С «Чийодой» и «Акицусимой» его флагман справится легко и без особых проблем, главное попасть с башенного орудия и сбить противнику ход, а там будет тоже, что случилось с другим японским отрядом, три крейсера которого превратились в пылающие развалины. И это закономерно — на силу отвечают силой, а не отчаянием обреченных.

— Японцы выходят из боя! «Ёсино» набирает ход!

С растущим разочарованием в душе Евгений Иванович смотрел, как японские корабли потихоньку набирают ход, и отваливают к западу, пытаясь разорвать дистанцию. Вот только не тут-то было — «Адмирал Корнилов» из боя выходить не стал, и погнался за противником, и тут Алексеев понял, что задумал капитан 1-го ранга Молас. Гнаться за противником сколько можно, и попытаться «сбить» ход, убавить «резвости». Русский крейсер густо задымил своими двумя трубами, набирая полный ход. А ведь семнадцать узлов вполне мог выдать, сейчас поменьше, но «ходок» хороший.

— Ай-да, Петр Павлович, давай за ними, а мы подоспеем. Николай Иванович, дайте ход, который только выжмите — мы должны догнать японцев. Отправьте всех свободных на помощь кочегарам.

Приказание немного запоздало — Небогатов давно распоряжался, старый моряк сразу понял, что врага необходимо преследовать. Один «адмирал» будет стараться «стреножить» вражеский корабль, а вот второй показательно «подранка» растерзает, «втопчет в волны» своим главным калибром. Малый бронепалубный крейсер не в состоянии драться с броненосцем, а таковым «Нахимов» и являлся, пусть подобные корабли и относили ко 2-му рангу. Да и особых проблем ему шестидюймовые неприятельские пушки не причинили. Хотя броневой пояс придется менять в ходе капитального ремонта, но то будет только после войны — об этом Алексеев знал. Вместо десятидюймовых плит «компаунда», прикрывающих только цитадель, чуть больше двух пятых длины корабля, будут поставлены плиты из крупповской стали в пять дюймов в центре, и по три в оконечностях — полный броневой пояс. Такой защиты для корабля береговой обороны вполне хватит. Артиллерию главного калибра оставят прежнюю, только переведут на бездымный порох — «экономию» казна преследует жесткую, и если корабль может послужить после ремонта и модернизации, то его оставят в составе флота, благо «Нахимов» и десяти лет еще не прослужил. А вот многие другие будут безжалостно списаны — на слом отправятся многие, на Балтике оставят только броненосец «Петр Великий», который перевооружат на новые девятидюймовые пушки, и старые броненосные фрегаты — «адмиралы» получат в башни восьмидюймовые пушки, по паре в каждую. Так что еще лет десять в составе флота вполне послужат, в новом для себя «исполнении».

— «Токачихо» лег на борт, перевернулся!

Алексеев посмотрел в амбразуру и хмыкнул — кто бы сомневался. Зрелище его обрадовало по двум причинам — погиб вражеский корабль, и победа «Нахимова» несомненно. Так что Бирилев к ней никак не сможет «примазаться» — дескать, мой «Витязь» с канонерками неприятеля утопили. Вот будет смеха, если сейчас еще один вражеский крейсер пойдет на дно, уж больно «китаец» плох, вода уже под верхнюю палубу дошла и корму захлестнула. Тут счет времени уже на минуты пошел, причем короткие.

Посмотрел в сторону отряда контр-адмирала Чухнина — русские фрегаты явно одолевали противника. «Симы» пока дрались, но вот поставленный третьим в колонне бывший «китайский» крейсер выглядел жалко. Ему сильно досталось, корабль горел, да и не могло быть иначе — при водоизмещении чуть больше двух с половиной тысячи тонн сражаться в боевой линии против сильного противника смертельно опасно. А у японцев даже самые крупные корабли, а таких было всего несколько, имели водоизмещение чуть больше четырех тысяч тонн, что совершенно недостаточно, ведь для столь малого корабля не только восьмидюймовые, даже шестидюймовые снаряды опасны. Даже несколько попаданий способны нанести тяжелые повреждения, как случилось с «Нанивой», а потом с «Такачихо». Так что и там назревает разгром, выйти из боя японцы не смогут, у их крейсеров просто нет превосходства в скорости, а «Память Азова» вообще на узел быстрее любого корабля противника. Так что развязка близка…

— Нашу канонерку японские миноноски подорвали торпедой! «Бобр» или «Сивуч», не разобрать… Ох, на две части развалили!

Неожиданный выкрик привел Алексеева в ступор, но адмирал опомнился, бросился к амбразуре, прижал к глазам бинокль. И почти сразу взглядом нашел вдали картину разыгравшейся трагедии — русская канонерка быстро погружалась в волны, к ней устремился один из минных крейсеров. Евгений Иванович разглядел несколько маленьких миноносок, три или четыре, которые прорвались через заслон и бросились к русским «императорам», которые безостановочно стреляли практически в упор по объятым пламенем японским броненосцам. Вражеские корабли уже не шли, еле ползли по волнам, со сбитыми трубами достаточный ход не выдашь, два-три узла только можно держать, и то в лучшем случае — тяги нет.

Навстречу миноноскам заторопились большие русские миноносцы, на каждом из которых стояло несколько мелкокалиберных пушек. Да и «Николай I» открыл стрельбу