Читать «Исламская история крестовых походов. Религиозные войны в восприятии средневековых мусульман» онлайн
Пол Кобб
Страница 47 из 113
Они поторопились. Разбив лагерь в нескольких милях к югу от Дамаска, франки организовали экспедицию в сельскую местность, чтобы добыть продовольствие для своей большой армии. Это было опасное разделение сил, которым мусульмане не замедлили воспользоваться, послав один контингент для нападения на фуражиров, а других – в набеги на франкские земли, оставшиеся, по сути, без защиты. Если верить арабским источникам, франки начали поспешно отступать, как только услышали о нападении на фуражиров. (На это решение могла повлиять и сильная осенняя непогода.) Франки остановились, только чтобы поджечь лагерь. Согласно источникам, мусульмане захватили большое количество лошадей и других животных. В источнике сказано: «Толпа неверных разбежалась по своим замкам, жалкая и униженная»[215]. Позже Усама отметил, что франки покинули Дамаск несчастными и презираемыми.
Занги и Сирия
Сирийский командир вполне мог воспользоваться смятением в стане франков и развить успех мусульман. Занги, все еще занятый в Ираке, несомненно, был самым способным из региональных командиров. Со временем он вернется в Сирию, но, как и франки до него, потерпит неудачу перед Дамаском. Ему придется оставить свой след другим путем.
К тому времени, как франки потерпели позорное поражение под Дамаском, Занги урегулировал дела в Мосуле и решил, что с него хватит иракской политики. Ситуация в Дамаске настоятельно требовала его внимания. В 1132 г. Бури, правитель Дамаска, подвергся нападению низаритов и умер от ран. Теперь реальная власть в городе принадлежала некому Унуру, у которого было немного друзей в городе. И в 1135 г. Занги вернулся в Сирию. К зиме он осадил город и потребовал его сдачи. Унур ответил демонстративным отказом. После чего сам халиф написал Занги и потребовал мира. Занги снял осаду и сконцентрировал внимание на Алеппо и захватил подходы к нему. К концу года только Хомс остался непокоренным, но Занги был вынужден вернуться в Мосул и не сумел довести дело до конца.
В отсутствие Занги его люди поддерживали (без успеха) давление на Хомс и Дамаск и весной 1136 г. вторглись на территорию франкской Антиохии. Получив свежее подкрепление от туркменских племен, коих был много на сирийских пограничных территориях, люди Занги проникли на побережье, разграбили Латакию и оставили местных франков в состоянии шока. Те не ожидали, что противник может проникнуть на их территорию так далеко и так быстро. В следующем году армия из Дамаска, укрепленная сирийскими христианами с Ливанского хребта, вторглась в Триполи и захватила Понса Триполийского, которого сразу казнили. В отместку наследник Понса, Раймунд II, разорил деревни Ливанского хребта[216].
Весной 1137 г. Занги вернулся к Хомсу, но город отказался сдаться. Когда Занги узнал, что мусульманский правитель города попросил военной помощи у франков, он сменил тактику и окружил франкскую крепость Барин. Раймунд II Триполийский и Фульк Анжуйский, который уже оправился от поражения под Дамаском и стал королем Иерусалима, объединили силы и выступили на освобождение крепости. Занги только этого и ждал. Он немедленно снял осаду и атаковал франков. Многие пали в сражении. Раймунд II был взят в плен. Фульк прекратил попытки деблокировать крепость и вместо этого присоединился к франкам, находившимся в сравнительной безопасности за ее стенами. Занги снова осадил крепость, хотя – осажденным это было неизвестно – на помощь Фульку уже была собрана крупная армия из Иерусалима, Антиохии и Эдессы, справиться с которой у Занги не было шансов. Он сохранил новость о приближении помощи в тайне и предложил франкам выгодные условия сдачи – гарантировал безопасность Фульку и всем его людям. Франки с радостью согласились, и крепость Барин была сдана. Выйдя из крепости, франки встретили армию, идущую им на помощь, и, к своему бесконечному сожалению, узнали, что могли не сдаваться[217].
Удивительные завоевания Занги в Сирии, а также постоянные внутренние распри в Антиохии пробудили спящего гиганта – Византийскую империю. Антиохия и большая часть Северной Сирии, как мы знаем, были землями, некогда принадлежавшими Византии, и франки давно должны были передать их византийскому императору – еще после Первого крестового похода. Пора было напомнить им о невыполненных обязательствах. После взятия городов, удерживаемых франками и их армянскими союзниками в Киликии, византийский император Иоанн II в августе 1137 г. прибыл к стенам Антиохии и осадил ее. Франки, устремившиеся к Антиохии после сдачи крепости Барин, быстро согласились на мир, удовлетворившись сохранением Антиохии как фьефа от Иоанна II и сотрудничеством с византийским императором в кампаниях против Занги в Северной Сирии.
В апреле 1138 г. эта странная греко-франкская армия осадила Алеппо. Город выдержал нападение. Тогда христианские армии двинулись на юг к Джабал (Джебель) аль-Суммак и долине Оронта и установили кольцо баллист вокруг Шейзара, чтобы убедить его правителя сдаться. Пока христианские армии были стянуты к Шейзару, Занги держал их в постоянном напряжении, совершая набеги на окружающие территории и старательно сея семена сомнения относительно истинных намерений франков и греков друг относительно друга. Еще Занги отправил судью из своей свиты в Багдад, чтобы воодушевить население и склонить султана послать войска для официальной кампании джихада против франков. Вместо этого Сирия была спасена с другой стороны: Данишмендиды стали нападать на византийские пути подвоза в Анатолии. В результате совместные операции у Шейзара велись в лучшем случае вполсилы, и, когда правитель Шейзара предложил откупиться, император очень обрадовался поводу отвести войска[218].
Теперь Занги смог вернуться к «зачистке» в Северной Сирии. Он снова взял Кафартаб и Атариб, разгромил Акру, крепость возле Триполи, которая поставила в тупик армии Первого крестового похода. Все это время Дамаск оставался в поле его зрения. Путем сложных переговоров с Махмудом из Дамаска Занги заключил важный брачный союз: он женился на устрашающей матери Махмуда (и получил Хомс в приданое), а Махмуд получил руку одной из дочерей Занги. Несоразмерность статуса, продемонстрированная этим обменом супругов, не оставляла сомнений в том, кто теперь обладает реальной властью в Сирии. В 1139 г. Махмуд был убит, и Занги и его новая супруга немедленно включились в спор за престолонаследие, объединившись с изгнанным братом Махмуда и получив повод напасть на Дамаск. Другим претендентом был правитель Баальбека, и Занги превзошел даже свою обычную жестокость, захватив город и уничтожив гарнизон. Как всегда, Занги назначил новым правителем одного из своих командиров. В этом случае его выбор пал на воина из курдского контингента по имени Айюб ибн Шади, который, хотя в то время он и помыслить