Читать «Поиск» онлайн

Я поднимаюсь вслед за ней и ещё раз бегло осматриваю. Катю надо выводить из леса, понимаю особенно чётко. Если нас решит сожрать лес, она будет первой жертвой.

Пока мы идём, я несколько раз оборачиваюсь, чтобы проверить, в каком состоянии Катя. Не хотелось бы повторения – перед глазами до сих пор стоит эта картинка падения, удушья и потливости.

– Мы почти на месте, – я сверяюсь с картой, остановившись у одного из деревьев. На него надо повесить метку, потому что без неё все сосны кругом одинаковые, и лучше перестраховаться, чем потом навсегда поселиться в лесной глуши. Из рюкзака достаю грязную футболку, в которой ходил в первые дни, и светло-серая ткань легко трещит в руках. Разорвав её на полоски, я завязываю одну вокруг толстой ветки. Кобра усмехается.

– Лес засоряешь, – беззлобно подкалывает он.

– Главное, чтобы он нашими трупами не засорился.

Катя бледнеет, и я тут же корю себя за неудачную, злую остроту.

– Бережёного Бог бережёт, – добавляю я успокаивающе, положив руку ей на плечо. Она вымученно улыбается, но всё ещё не отводит взгляда от повязанной полоски ткани.

Кобра тоже берёт пару тряпок.

– Я послежу, чтобы они остались где-нибудь на пути.

– Поработаю на отклик, – киваю я. – По карте мы рядом, значит, есть надежда, что Руслан нас услышит.

Я зову его. Кричу несколько раз, поворачиваясь налево, направо, назад, словно это может распространить звук по всем сторонам света. Однако ответа никакого не следует – то ли у Руслана нет сил, то ли он далеко, и мы ошиблись с координатами. Конечно, ещё может быть, что он потерял сознание или погиб, не дождавшись нас, но я предпочитаю не думать о худшем наперёд, а только когда столкнусь с ним лицом к лицу.

Ира делает несколько шагов в сторону.

– Кир, там что-то есть.

Она щурится и вглядывается в пустоту между деревьями. Те с каждым нашим шагом становятся гуще, мне кажется, что к центру леса мы с трудом между ними протиснемся – настолько крепко они срослись корнями, настолько близко их кроны друг к другу. Только сейчас ощущаю, насколько холоднее становится. Ветер, гуляющий по лесу, забирается и под оранжевый жилет, и под куртку, и под штаны, вынуждая всё тело покрываться мурашками.

Ира рвётся первой в просвет, но я успеваю схватить её за запястье:

– Я проверю.

Она покорно остаётся на месте, позволяя мне обойти её и продвинуться вперёд, но за спиной я всё равно слышу шаги. Тишина изредка нарушается треском веток у нас под ногами, и я даже не дышу, пока пробираюсь сквозь траву, становящуюся всё выше.

Что-то бесформенное лежит под деревом. Издалека мне казалось, что это может быть человек – обман зрения или самоубеждение, я не знаю, – но теперь я точно понимаю, что это просто груда каких-то тряпок или вещей. Сердце, ускоренное волнением, замедляется и возвращается в привычный ритм. Ничего страшного – просто брошенные шмотки. Не человек.

– Никого, – я качаю головой. – Координаты наши. Тут куртка, кроссовка, рюкзак…

Я присаживаюсь возле вещей, пока Кобра и остальные идут до меня. Никто не рискует бежать, не зная, что под ногами, поэтому все не быстро. Я достаю рацию из-за пояса.

– Факел, ответь Соколу.

– Факел в канале.

– Мы нашли вещи. Не могу прислать фотку. Координаты примерно те же, которые потеряшка называл. Надо опознать.

– Записываю, – отвечает быстро Егор. Раздаётся щелчок автоматической ручки – его слышно даже через помехи и плохую связь.

– Рюкзак чёрный, прошитый красными нитками, без логотипов. Куртка чёрная с тёмно-зелёным подкладом, тонкая. Одна кроссовка, серая, шнурки чёрные, без фирмы.

– А вторая где? – удивляет Егор.

– А я почём знаю? Тут одна, – пожимаю плечами, на всякий случай ещё раз проверяю вещи, но второй кроссовки действительно нет. Ира заглядывает в рюкзак – хотя как бы она туда попала? – и тоже качает головой.

– Подождите немного, я позову Алю.

Первая потеряшка до сих пор не уехала. Она чего-то – или кого-то – ждёт, оставаясь на базе и помогая Егору. Госпитализация ей не потребовалась. У неё нет опыта в поисках, но у нас настолько не хватает волонтёров, что Егор оставил её в штабе, после того как врачи сказали, что никаких проблем со здоровьем нет. Никто не знает, что ей нужно из леса, наверняка она хочет дождаться мужа. Никто не знает, дождётся ли.

Я достаю из кармана куртки сигареты и сажусь под деревом, устало приваливаясь спиной к стволу. Кто-то остаётся стоять, кто-то плюхается рядом, но мир вокруг немного меркнет. Колоссальная усталость наваливается неожиданно, без объявления войны, и я впервые чувствую себя так за всё время поиска. Мне будто тонну положили на плечи и вынудили её нести, но речь не о реальном грузе, а о том, что тяготит душу. Я разглядываю кроссовку, куртку, рюкзак и понимаю, что парень, скорее всего, мёртв.

Дым разъедает лёгкие, во рту горчит. Затягиваюсь ещё раз, сжимая пальцами сигарету так крепко, что чуть не переламываю её. Рация пока молчит, деревья перестают шуметь, и я опять ощущаю себя в вакууме. Мне хочется заткнуть уши наушниками, включить любую музыку, что угодно – лишь бы не погружаться в эту лесную тишину и не оставаться наедине с собой. Лбом утыкаюсь в колени, когда подтягиваю их к груди, докуриваю до фильтра и сминаю окурок в пальцах. Он гаснет сам по себе, без моей помощи, и я на ощупь прячу его в карман рюкзака.

– Кирилл, – тихо окликает меня Ира. Она редко называет меня полным именем. Её голос осип, как во время болезни, и я не хочу поднимать голову. Не уверен, что хочу видеть.

Но мне приходится. Я перевожу взгляд на неё – Ира стоит между деревьями и глядит себе под ноги. На автомате встаю, опираясь о ствол сосны, и подхожу к ней. Она мягко отталкивает меня, словно я могу на что-то наступить.

– Нет, – бормочу я, поднимая глаза к небу, но вижу только широколапые кроны, скрывающие от меня всё остальное.

– Тут кровь, – еле слышно выговаривает она, и мне приходится посмотреть.

На траве и правда много крови. Откуда она здесь? Почему её не смыло дождём? Да и были ли ливни в последнее время?.. Она уже засохшая, старая, но эти бурые пятна на зелёно-жёлтом травяном массиве не перепутать ни с чем.

Громко ругаюсь и закрываю лицо руками, не желая даже сквозь пальцы смотреть вниз. Ира тоже отворачивается, прикрыв ладошкой рот, словно её вот-вот вывернет. Она не переносит вида крови. Я тоже не переношу, зная, что где-то лежит человек.

Кобра подходит