Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

и стены цвета, среднего между белой яшмой и светлой тридакной, были отполированы до зеркального блеска.

На сводчатом потолке были вырезаны русалки в самых разных настроениях: одни гневались, другие радовались, и все выглядели как живые, настолько, что было трудно понять, то ли дело в искусстве резчика, то ли это действительно были настоящие русалки, превращенные в белоснежные статуи с помощью какой-то тайной техники. Зрелище это немного пугало.

Главный зал по человеческим меркам походил на храм предков, вот только ритуальных табличек там не было. В стенах зияли отверстия в человеческий рост, в каждом из которых молчаливо покоились сосуды. На первый взгляд все это немного напоминало музейную композицию.

Там было не только оружие, но и гуцинь, бронзовое зеркало, яшмовый веер — в общем, различная утварь, и все выглядело изысканным и безупречным. Древние гаошань, родившиеся во дворце Байюй, с детства наблюдали за русалками и были прирожденными мастерами, впитавшими представление об изяществе с молоком матери. Однако, окинув окружение взглядом, Шэн Линъюань почувствовал, что большинство здешних творений было лишено души.

— Ваше величество Владыка людей, наследник Чжу-Цюэ и вы, молодые люди, — раздался чей-то старческий голос. Вдруг из больших настенных часов показался дух старца с седыми волосами и бородой; нижняя часть его туловища так и осталась в часах. Кивнув гостям, он продолжил: — Прошу простить меня, дряхлого старика, за то, что не могу встретить вас как подобает. Я двенадцатый старейшина нашего грешного клана. Вот уже почти пять тысячелетий я не покидал своего сосуда, и ноги мои уже ни на что не годятся.

Чжичунь, будучи духом оружия, чрезвычайно остро ощущал ауру других подобных себе существ, и, в отличие от Сюань Цзи, изначально бывшего духом меча Демона Небес, здешний дух показался ему каким-то родным. Не удержавшись, он спросил:

— Ваши ноги…

— Пропали. — Старец в часах по-доброму улыбнулся Чжичуню. — Мы постоянно находимся внутри наших сосудов, подолгу не выходя наружу. Со временем мы забываем, каково это — ощущать собственное тело, и соответствующие части тела просто исчезают. Души одиннадцати моих предшественников уже вернулись в море, иначе до меня бы не дошел черед принимать гостей.

Его слова обнажили пробелы в знаниях всех присутствующих.

Что за странный способ умереть? И разве оружие не ломается первым? Как же тогда здешние духи могли исчезнуть, если их сосуды все еще целы и невредимы? Неужели разница между оригиналом и подделкой столь велика?

— Наш клан создавал оружие, используя кровь из сердца русалок — отданную добровольно. Их сердца называли вечными, неизменными, способными существовать столько же, сколько небо и земля. Потому и сотворенные с помощью их крови сосуды так долго хранятся, не ржавеют и не тускнеют десятки тысяч лет, — не спеша объяснил двенадцатый старейшина. — Такова традиция нашего рода: перед тем, как одряхлеет тело, мы отправляемся к нашим близким соседям — русалкам, — чтобы попросить у них немного крови и отлить для себя сосуд. Когда он готов, мы приносим себя в жертву печи и, пройдя через муки сожжения заживо, сохраняем свой разум в сосуде, после чего остаемся здесь, в этом зале, где наставляем своих детей и иногда помогаем потомкам разрешить домашние неурядицы. И если у клана что-то случается, мы становимся последней линией обороны.

Взгляд Чжичуня скользнул по расставленным вдоль стен сосудам, покоящимся в тишине:

— Но не каждый ведь может стать духом оружия, верно?

— Конечно, не каждый, — ответил двенадцатый старейшина. — Чтобы стать таким духом, для начала нужно вытерпеть муки погибели в бушующем пламени и при этом сохранить рассудок. Спешу похвастаться, что искусство создания сосудов в нашем клане достигло божественного уровня. Однако нам недостает таланта в совершенствовании: лишь один из десяти выдерживает это испытание. Но и в случае успеха нас ждет вечное существование, лишенное покоя, ведь нужно провожать поколение за поколением и охранять целый род. Некоторые старейшины в бессилии наблюдали, как их родные и друзья один за другим умирали от старости, смотрели, как растут младшие, но, когда и их жизнь подходила к концу, духи просто отказывались вновь покидать свой сосуд, постепенно утрачивая связь с этим грешным миром, и мало-помалу угасали сами.

Они умирали, но не покидали этот мир, а обрекали себя на страдания ради защиты своих потомков, пока все, что было с ними связано, медленно исчезало. И так они, переваренные миром и выброшенные, уходили на покой, оставляя после себя лишь прекрасный сосуд.

Так вот какая она, истинная история духов оружия.

Чжичунь был ошеломлен.

Янь Цюшаня же беспокоил более насущный вопрос:

— Старейшина, можно ли восстановить тело духа меча, если его клинок поврежден?

Старец, назвавший себя двенадцатым главой клана, посмотрел на него, а затем перевел взгляд на Чжичуня, словно сразу поняв всю их историю:

— Дух меча, которому дарована жизнь?.. Ох, создание сосудов — это гибельный путь! Как же люди смогли так извратить его? Глупцы, вот глупцы! Хотя если дух меча не так сильно привязан к своему сосуду, это даже хорошо. Ваши сосуды, выкованные с помощью темных искусств, слишком хрупки. Обычный дух уже бы наверняка разлетелся на осколки вместе с ним.

Янь Цюшань нервно сжал губы, и даже Шэн Линъюань слегка поднял голову.

Задумавшись на мгновение, двенадцатый старейшина добавил:

— Из-за ограничений, наложенных законами Неба, духу оружия тяжело вновь обернуться живым существом, однако… это не совсем невозможно.

— Я готов на все, даже отдать собственную жизнь, — вскрикнул Янь Цюшань.

— Что за ерунда! Как ты можешь так говорить! — вспылил Чжичунь.

Двенадцатый старейшина посмотрел на них двоих с некоторой печалью:

— Я и не думал, что у нашего грешного клана остались самоотверженные потомки… Эх, молодежь, пусть и нельзя противиться законам Неба, но все же известна и другая истина: «Небо не оставит человека в отчаянии». И даже если великое дао допускает послабления законов, что уж тут говорить? Я не слишком хорошо разбираюсь в обходных путях, но, если вы не спешите уйти, можете изучить священные своды нашего клана.

— Укажите мне путь! — взмолился Янь Цюшань.

— Над вашими головами. Видите старейшину клана русалок? — спросил двенадцатый старейшина. Все, проследив за его пальцем, подняли взгляды к белым резным фигурам, среди которых одна заметно выделялась из толпы.

— Погодите-ка! Этот, в центре, у него… у него же ноги? — Сюань Цзи, обладавший самым острым зрением, первым разглядел главу клана русалок. Он сидел на рифе, и верхняя часть его туловища, как и у других, была сказочно прекрасна, а внизу оказалась пара прямых человеческих ног. Это не бросалось в глаза лишь потому, что его ноги были покрыты чешуей,