Читать «Девушка из номера 11» онлайн

Рут Уэйр

Страница 25 из 94

захотелось свернуть ей шею. Снова нахлынуло прошлое: передо мной стояла все та же импульсивная Кэрри, которая сначала делала, а потом думала. Кэрри, отправившая мне сорок тысяч франков. Кэрри, оглушившая и запершая меня в каюте, где я запросто могла погибнуть. Кэрри, влипшая в ту давнюю историю, из-за которой теперь и оказалась в отеле, скрываясь от закона и угодив в расставленные Маркусом сети.

Вот черт… Черт!

Кэрри всегда была непредсказуемой. Неужели я всерьез думаю о поездке через пол-Европы в компании этой женщины? Неужели иду на огромный риск, доверившись Кэрри? Не запаникует ли она в решающий миг, не совершит ли какую-нибудь глупость на границе?

Я уже собралась было сказать, что передумала. Вовсе не нужно ждать до завтрашнего утра, и пусть Кэрри на меня не рассчитывает. Мне помешал неожиданный звук – кто-то повернул ключ в замочной скважине. Кэрри тоже резко обернулась к входу в номер и страшно побледнела.

– Черт, он вернулся…

– Кто?

– Маркус, конечно!

Она резко дернула меня и поволокла через комнату. Едва не споткнувшись, я не сразу сообразила, что она задумала. Хочет, чтобы я забилась в шкаф? Только потом я заметила скрытую обшивкой дверь рядом с кроватью, ведущую, вероятно, в соседний номер.

Кэрри быстро ее распахнула и прошипела:

– Вперед!

Меня втолкнули в темную комнату.

– Выйдешь отсюда в коридор. Только не мешкай – это его комната. Он обязательно сюда…

Она прервалась на полуслове – видимо, открылась входная дверь. Панель обшивки с щелчком встала на место, и я очутилась в кромешной тьме.

Замерев на месте, я долго ждала, пока не приспособится зрение. Сердце трепыхалось чуть ли не в глотке, а за стенкой слышался мужской голос. Наверное, Маркус… Мне следовало торопиться – он мог в любую секунду пройти в свою комнату, однако я страшно боялась запнуться в темноте о какой-нибудь стул. Ничего хуже в подобных обстоятельствах просто не придумаешь.

Время тянулось невыносимо медленно, и наконец глаза начали различать обстановку: справа нечто массивное, скорее всего – кровать. Дальше – обещающее свободу слабое золотистое мерцание. Видимо, пробивающийся из-под двери в коридор лучик света.

Я сделала шаг вперед, к спасению, за ним второй, а потом, к своему ужасу, за что-то зацепилась. Передо мной закачалось нечто высокое, напоминающее торшер или вешалку для шляп. Эта штука опасно накренилась в сторону.

Время снова замедлилось. Я бросилась вперед, вытянув руки к качающейся штуковине. Она могла упасть в любой момент, разоблачив Кэрри еще до задуманного ею побега.

Слава богу, мои пальцы сомкнулись на металлической трубе, и я удержала от падения конструкцию, которая, как оказалось, стояла на трех ножках. Поставив ее вертикально, я с предельной осторожностью разжала пальцы и продолжила медленное продвижение к лучу света. Приходилось постоянно задерживать дыхание и прислушиваться к звукам за соединяющей два номера дверью.

– О чем ты говоришь? – слабо донесся до меня раздраженный мужской голос.

Ему что-то неразборчиво, но весело ответила Кэрри.

– Хочешь пирожное, дорогая?.. Завтра? Да, очень хорошо…

Я словно прожила целую вечность, пока добралась до двери. Положив ладонь на ручку, тихо ее повернула, и в комнату из коридора хлынул ослепительно яркий свет.

Уже собираясь с облегчением поспешить к своему номеру, я отчего-то задержалась – вероятно, сработал пресловутый репортерский инстинкт, от которого избавиться невозможно. Обернувшись, приоткрыла дверь чуть шире и уставилась в темноту. Теперь из коридора туда падал свет. Обо что же я все-таки запнулась в темноте? О торшер? Если да, то для него выбрали довольно странное место.

Мой взгляд сразу упал на длинный тонкий металлический стержень на трех ножках, стоящий между кроватью и дверью в смежный номер. Я не сразу сообразила, что это за штука, а потом еще дольше гадала, зачем ее там поставили.

Конструкция оказалась обращенным к кровати штативом для камеры, хотя сейчас на нем ничего не было.

Я долго на него смотрела, молча стоя на пороге пустой комнаты и чувствуя себя не в своей тарелке. Думала о Кэрри, о тревожных нотках в ее голосе, когда она сказала: «Я начинаю все сильнее нервничать. Беспокоюсь по поводу его… границ». Интересно, что она отказалась делать? О чем не хотела рассказывать? Я думала о причинах, побудивших такого богатого человека, как Маркус, завести любовницу, неспособную ему противоречить, любовницу, которая не могла раскрыть его секреты, потому что тем самым выдала бы себя.

И что это за секреты? Ведь Кэрри даже мне побоялась о них поведать.

Я тихонько закрыла дверь и направилась в свой номер.

Глава 10

Добравшись до своей комнаты, я разделась и бросилась в постель, однако сон не шел. Дело было не столько в сбое биоритмов, сколько в натянутых до предела нервах.

Лежа в темноте, я периодически тыкала пальцем в экран смартфона. Сколько уже времени? Час, два… Я не могла отделаться от мыслей о Кэрри, о страхе и отвращении, прозвучавших в ее голосе, когда она рассказывала о Маркусе и его друзьях. То и дело перед глазами вставал штатив, ждущий в темноте непонятно чего.

Кэрри сказала, что я перед ней в долгу, но тут следовало разобраться.

Да, Кэрри спасла мне жизнь. С другой стороны, я не оказалась бы в отчаянном положении, если бы не она.

Нет, вряд ли я ей что-то должна – уж точно не в том смысле, что долг платежом красен.

События на «Авроре» кое-чему меня научили: могущественный человек пойдет на все, стремясь достигнуть своей цели, получить то, чего он, по его мнению, заслуживает. Судя по рассказу, Маркус Лидманн явно полагал, что обладает правами на ум, тело и душу любовницы, и ее согласие не играло тут никакой роли. Я не могла оставить Кэрри в подобных обстоятельствах. Не могла – и все. Однако пойти на нарушение закона, стать соучастником побега разыскиваемого полицией человека… Нет ли другого варианта?

За снежными шапками гор уже слабо забрезжили первые лучи рассвета, а я так и не пришла ни к какому решению. Я никогда не доверяла Кэрри – женщине импульсивной, непостоянной и вполне способной на предательство ради собственной выгоды. В то же время невозможно оставить человека в беде, особенно такого рода. Подобный порыв, неспособность пройти мимо подвергли меня опасности на «Авроре», и теперь, через десять лет, я полностью осознавала свои слабости и достоинства. Увы, равнодушие во мне так и не развилось, и я понимала: закрыв глаза на грозящую Кэрри опасность, не смогу потом жить с ощущением собственной вины. Особенно если случится