Читать «Убийца эпидемий» онлайн

с заказом). Вроде как тот мастер даже не соврал: учили семилетнего Элсина сапожному мастерству на совесть, кормили и обращались сносно. А потом у моего учителя обнаружился некромантский дар, и договоренность оказалась ненужной. Наставник Элсина, магистр Трау, попытался Бьера-старшего с каторги выкупить, но не успел. С матерью же вышла какая-то некрасивая история: вроде бы она ушла даже раньше, чем отец попал на каторгу. Элсин рассказывал об этом туманно, я не переспрашивал.

У Игнис получилось наоборот: мать она очень любила, но та умерла, когда Игнис была еще подростком. А отец… вот отца я как раз встречал — присутствовал, когда он ее с Элсином брак регистрировал! И даже эта короткая встреча оставила у меня неизгладимое впечатление.

Если коротко: попадись мне этот Гюнтер Дагсен в текущем мире, был бы среди казненных. А может, нет. Может, вовремя почуял бы, откуда ветер дует, и вывернулся бы. Приспособленец был еще тот, лишнего не хапал, берега знал. То есть и до сих пор, видимо, не хапает и знает — два года назад вполне был в добром здравии, и не старый еще. У Игнис к нему антипатия, скорее, по личным причинам: не может простить, что он двадцать лет назад не стал спорить и возражать, когда его начальник продал Игнис для «ночи любви» заезжему аристократу — двенадцатилетнюю девчонку! Ну то есть вроде как он и не мог, будучи тогда обычным низкоранговым писарем. Но мог бы, например, сбежать с семьей, еще что-то придумать… А он даже не попытался.

Это, конечно, не мое дело, но если бы было мое — я был бы полностью на стороне Игнис. А уж Элсин точно на ее стороне — всегда.

— А Элсин знает, что твоего отца так же зовут? — спросил я.

Игнис помотала головой с несчастным видом.

— Никогда ему не говорила.

— Так скажи. Держу пари, он тогда сам не захочет.

— Да! Но ведь насчет Хелены он уже согласился!

И снова потекли слезы!

Так. Понял. Неразрешимая проблема, ничего не сделать, только реветь.

Меня разобрал смех, но я постарался совершенно серьезным тоном сказать:

— Так предложи назвать вместо этого сына Владом, в мою честь. Я ж ему тоже не-жизнь спас, имею право!

Я думал, Игнис посмеется, но она неожиданно серьезным тоном сказала:

— Вообще-то, это была наша первая мысль, но Олла сказала, что она хочет так назвать, когда выяснилось, что у нее мальчик. У нее на это имя прав больше! А три Влада в одной семье — как-то…

Я аж подвис: с Оллой я имена не обсуждал. То ли боялся сглазить, то ли просто как-то не до того было. А оказывается, все уже решили без меня! Ну и ладно, что я, спорить буду, что ли? Тем более, очень приятно.

— Тебе смешно… — пробормотала Игнис. — Но это правда… все так сложно!

— Боги, ну так откажись от Хелены тоже! — сказал я.

— Я уже думала! Но я же знаю Элсина! Он скажет — нет, что ты, давай имя Хелена оставим, мне оно тоже нравится, а мальчику другое придумаем. Он же благородный! И добрый! И меня лю-юбит… — Игнис снова заревела.

Я понял, что одним носовым платком тут не обойдется.

Да уж, безвыходное положение, куда ни кинь!

— Слушай, по-моему, не все так страшно, — сказал я, тщательно подавляя смех в голосе, пока Игнис прочищала нос. — Элсин вовсе не такой непоправимо благородный и склонный к трагическому самопожертвованию, как ты почему-то сейчас сгоряча решила! Поговори с ним честно — насколько ему важно именно это имя? Или у его отца прозвище было домашнее? — я припомнил. — Моего отца вот мама все время звала «Кот» или «Котька». Потому что Константин… имя такое. А «кот» по-нашему — это кошка мужского пола. Вдруг у него тоже…

Игнис прекратила реветь.

— Влад, ты гений! — воскликнула она совершенно искренне. — Я всегда это знала! Но… ох-х, как теперь у него спросить, я ведь уже согласи-и-илась… — и снова хлюп-хлюп.

Страшная вещь — гормоны.

— Да не нужно у меня спрашивать, — заметил спокойный голос от двери. — Я все уже слышал. И по совпадению Влад совершенно прав: моего отца друзья всегда называли просто «Юн». Мне это никогда не нравилось: не люблю сокращенные имена. Но если мы запишем это имя в документы, оно ведь не будет сокращенным.

Мы обернулись. Естественно, Элсин стоял у входа в гостиную и ласково улыбался жене.

— Я вошел в дом пару минут назад, услышал плач Игнис чуть ли не от входной двери, поспешил сюда, — объяснил он. — Испугался, что с Владом или нашими девушками что-то случилось. А ты, оказывается, из-за этого переживаешь! Игнис, я просто так предложил. Можно вообще не Гюнтером, а как-то иначе!

— Ну нет, — всхлипнула Игнис. — Теперь я тебе не поверю! Но Юн мне нравится!

Глава 8

Еще плюс три

Юн и его сестра Хелена прибыли в этот мир спустя примерно неделю после того, как их имяположение состоялось при таких драматичных обстоятельствах.

Роды прошли благополучно: Нильсен заверил меня, что никогда не видел таких образцово показательных! И дети оба лежали правильно, и Игнис было легче, потому что близнецы оказались меньше «стандарта» — каждый в районе двух с половиной кило. Я понятия не имел, нормальный это вес или нет. Нильсен сказал: «Вообще — маловато, но для двойни — прекрасно!»

Учитывая, что я заранее оборудовал три колыбели с подогревом «солнышками», а Элсин с Агримом и Нильсеном отыскали трех надежных кормилиц, чтобы молоко было по первому требованию, мы надеялись быстро компенсировать отставание.

Оценить их самочувствие и развитие по единому стандарту я не мог: никакой шкалы Апгар, понятное дело, в Империи и в помине нет, а сам я совершенно не помнил, как там присваиваются баллы — просто не интересовался никогда. Ладно хоть фамилию «Апгар» запомнил, и еще то, что оценку состояния новорожденных проводят дважды: сразу после родов и через какой-то там промежуток времени! В те благословенные времена, когда я ходил на лекции и в морг на лабы, отцовство, хоть и было у меня в планах, казалось чем-то невероятно далеким. Опять же, мне бы и в голову не пришло, что я буду работать при своих и чужих детях педиатром и акушером — с чего бы?

Продиагностировать младенцев магией Жизни тоже трудновато: человеческие дети рождаются ужасно «недопеченными», так что даже когда они появились на свет, сильно больше узнать о них, чем когда я о них был в утробе,