Читать «День Колумба» онлайн
Крэйг Алансон
Страница 119 из 132
Лэндри закончил мыть руки и взял бумажное полотенце. Я заметил, что руки у него слегка дрожали. Он сделал глубокий вздох, словно стоял перед принятием важного решения.
– Мы должны вас еще о многом расспросить, но ваши действия спасли нас от чертовски серьезной мясорубки, сержант. Армия не забудет ваши заслуги. Перед тем как вы появились на орбите и ударили по кристангам, – он тяжело вздохнул, – мы проработали несколько сценариев развития событий для национального военно-политического руководства. Хороших вариантов не было вообще. Оставалось только надеяться, что человеческий род не сгинет полностью. Вы вызволили нас из безвыигрышного положения. Помните об этом.
* * *
Я вернулся в зал, стараясь отвечать на вопросы как можно полнее. Через несколько часов вопросы начали повторяться, и я отвечал на автопилоте, как вдруг цэрэушник неожиданно спросил:
– Сержант, мы сможем изолировать это устройство?
– Извините, вы о чем?
Черт! Надо было внимательнее слушать. В свою защиту я мог разве что сказать, что меня допрашивали девять часов с небольшим перерывом на поход в туалет и перекус.
– ИИ, инопланетный ИИ.
– Вы имеете в виду Умника? Я не стал бы называть его «устройством». Он этого не любит. Что значит «изолировать»? Не обращать на него внимания? Он очень настойчив.
– Изолировать в свинцовом сейфе или под горой Шайенн, в клетке Фарадея… в таком месте, где у него не будет доступа к внешним электронным системам, – объяснил агент таким тоном, словно имел дело с ребенком. – Сержант, вы ведь понимаете, что этот ИИ представляет собой потенциальный риск для нашей безопасности?
– Послушайте, вы не знакомы с Умником так же хорошо, как я. Я видел, как он искажает пространство-время и отклоняет звездолеты от курса на треть светового года. Причем он делает это играючи. Вы можете, вероятно, сбросить Умника в жерло вулкана, а он даже не нагреется и не потеряет способности сжечь все электронные системы на этой планете. Он не на шутку разозлится. На вашем месте я не стал бы даже пытаться.
– Мы должны думать о…
Чувак из ЦРУ начал всерьез действовать мне на нервы.
– Я уже говорил вам, – прервал я его, удержавшись от грубости, – что Умник лишь временно нарушил функционирование местной кротовины. Она перезагрузится, восстановится, или что там еще сделает, меньше чем за месяц. Если ничего не предпринять, сюда явятся взбешенные ящеры, горящие желанием выяснить, что за фигня творится на Земле. Умник – не угроза безопасности, он – единственная надежда на ее обеспечение. Мы должны отправиться назад, чтобы окончательно закрыть кротовину и оградить наш род от незваных гостей. После этого мы поможем ему найти Коллектив или тех, кто за ним стоит.
Цэрэушник нахмурился. Очевидно, мы оба пришлись друг другу не по душе.
– У вас не было полномочий раздавать такие обещания, сержант. Сейчас вы находитесь здесь и…
Полномочий? Где был этот урод, когда я на ходу придумывал планы? Обещание, данное Умнику, освободило землян из рабства ящеров! Люди из военной и военно-морской разведки начали бросать на чувака из ЦРУ презрительные взгляды и шептаться. Это добавило мне смелости.
– Мы находимся здесь только по одной причине – нам требуется загрузить на борт «Летучего голландца» припасы. А еще потому, что я убедил Умника в невозможности выполнения задачи после того, как мы понесли большие потери. Он разобрался с кристангами, потому что они ему мешали. Вы хотите занять их место?
Полковник Лэндри заткнул рот полудурку из ЦРУ.
– Сержант, мы понимаем положение. Оно обсуждается на высшем уровне. Предоставленная вами информация позволит принять верное решение. А сейчас я хотел бы вернуться… э-э… кое к чему, что вам рассказывала эта бургомистр…
* * *
После первого дня мучительного опроса меня на вечернем приеме угощали алкоголем. Я не прикасался к выпивке с тех самых пор, как покинул Землю на космическом лифте. Мне не стоило заказывать ром с кока-колой. Просто после тяжелого дня тянуло выпить чего-нибудь с содержанием кофеина, поэтому я попросил кока-колу. Ром же звучал слишком соблазнительно, и я не нашел в себе сил отказаться. Приятно и в то же время опасно. Отпив один глоток, я поставил бокал с ромом и кока-колой за комнатным растением и попросил у бармена содовой с лаймом. Сержант Кендолл одобрительно кивнула. В конце концов, я держал в кармане большую красную кнопку. Пока на мне лежала такая ответственность, я находился на службе двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю и не мог позволить себе ничего крепче воды.
Собравшиеся не знали, как относиться к обычному армейском сержанту, которому здесь было бы не место, если бы он не спас Землю. Люди ощущали неловкость и не знали, о чем со мной говорить. Я сел у барной стойки и начал болтать с барменом, рядовым по имени Мэтт из Техаса. Чтобы понять тягучий ковбойский говор бармена, а он мог понять мой сухой, гнусавый акцент штата Мэн, мы разговаривали медленно и с расстановкой. Я заскучал, вспомнив о Початке, Ские и сержанте Кохе, ребятах из моего старого расчета. Как они там сейчас вместе с остальным ЭКОНом в плену у руаров?
Я обвел взглядом зал и увидел группу ученых, периодически на меня посматривавших. Один из них, долговязый тип с длинными каштановыми волосами, в водолазке, твидовом пиджаке и коричневых мокасинах, то и дело ухмылялся. Вылитый профессор-зануда второго плана из научно-фантастического фильма. Такие типы в первую же минуту разговора упоминают свою Нобелевскую премию. Он выглядел умным, уважаемым и явно чувствовал себя в своей тарелке, чего нельзя было сказать обо мне. Я ощутил приступ ревности и сразу невзлюбил его. И тут улыбчивый профессор подошел к бару.
– Что-нибудь приготовить вам, доктор Константин? – спросил Мэтт.
– Нет, спасибо, – ответил тот, даже не глянув на бармена. – Я хотел бы поговорить с сержантом Бишопом.
Мой ограниченный опыт подсказывал: когда гражданский обращается к тебе по званию, а твое звание не капитан или выше, то это иногда делается, чтобы подчеркнуть твое низкое положение в иерархии. Этот тип произнес «сержант», словно говорил о прилипшей к подошве