Читать «День Колумба» онлайн

я тебя научу.

Я почувствовал, что круглосуточное нахождение в компании Умника заставит меня жевать аспирин, как мятные таблетки.

– Я же сказал – спрошу. Не уверен, что мы поедем в Китай. У нас не так много времени. Пожалуйста, не делай ничего, что может создать нам неприятности, хорошо? Знаешь, если ты так любишь рассчитывать шансы на успех, почему бы тебе не вычислить выигрышные номера в лотерее?

Если, конечно, в США еще проводили лотереи. Обстановка могла сильно измениться.

– Запросто.

– Запросто? Эти номера выпадают совершенно случайно! Используют шарики для пинг-понга…

– Ясно, что они кажутся вам случайными, но почему это должно останавливать меня? А-а, я постоянно забываю, что вы думаете очень линейно. Вы понятия не имеете, как работает квантовая… Гм, черт! Я ничего не могу тебе рассказать, не допустив грубого вмешательства в развитие вашего вида.

– Опять ограничения в программе?

– Нет, просто это аморально. – В его тоне прозвучал невысказанный подтекст «ну ты и тормоз».

– Аморально? Для тебя?

– Я понимаю, что тебе трудно поверить, однако по важным вопросам я жестко придерживаюсь морали.

– А как же игра в покер и ограбление казино?

– Морально вредно позволять глупцам сохранять деньги, иначе они ничему не научатся. А что касается казино… Это они грабят народ. Я сказал «по важным моральным вопросам». Деньги не важны.

* * *

По дороге на встречу с послами Великобритании и Китая ко мне и Умнику в коридоре конференц-центра пристал доктор Константин.

– Сержант! Сержант Бишоп! – позвал он, запыхавшись. – Мне нужно с вами поговорить.

– Вот черт, – процедил я сквозь зубы. – Не знал, что этот хлыщ тоже здесь.

– Зато я знал, – пробурчал Умник. – Я перепрограммировал его будильник, чтобы он проспал, но он все равно встал вовремя, черт его дери.

– Сержант, я в восторге, что приму участие в операции. Надеюсь, у меня будет возможность пообщаться с ус… – ученый запнулся, – с Умником.

Я постарался загрузить в свой взгляд как можно больше льда.

– Мое звание – полковник. – Я указал на серебряных орлов на воротнике. – Я командую операцией, однако не видел вашей фамилии в списке добровольцев.

– Что? – ошарашенно спросил Константин, пораженный то ли моими командирскими полномочиями, то ли тем, что его не было в списке. – Уверяю вас, что…

– Ваша фамилия была в списке, – объяснил Умник, – но я ее удалил из базы данных. Вы не нравитесь полковнику Джо и не нравитесь мне. Так что вы никуда не летите.

– Не может быть, – пробормотал Константин. – Сержант… полковник Бишоп, – произнес он мое звание как нечто не укладывающееся у него в голове, – вы, я уверен, понимаете, что такая персона, как вы… человек вашего ранга, – социальная субординация явно давалась ученому с трудом, – не может позволять личным предубеждениям препятствовать нахождению на борту квалифицированных специалистов под… под вашим командованием. Не хочу вас обидеть, но буду вынужден обратиться к вашему начальству. Они понимают, что в этом путешествии понадобятся лучшие умы.

Если он действительно сказал то, что думал, ему следовало пересмотреть смысл фразы «не хочу обидеть».

– Говорите с кем угодно, – ядовитым тоном ответил Умник. – На «Летучего голландца» можно попасть только одним способом – с помощью туранского десантного шлюпа, который буду пилотировать я. Если вы окажетесь на борту, шлюп никуда не полетит.

– Доктор Константин, я проверил вашу биографию после нашей встречи в Колорадо-Спрингс, – признался я. – Из прочитанного я сделал вывод, что вы относитесь к немногим истинно светлым умам двадцать первого века.

Этот тип поступил в колледж при МТИ в четырнадцатилетнем возрасте, успев выиграть несколько крупных научных премий. Я не мог сосчитать число написанных им научных статей, не говоря уже о том, чтобы понять их содержание.

На лице ученого перед тем, как я опустил его на землю, засияла улыбка.

– К сожалению, ваши коллеги считают вас также одним из величайших засранцев двадцать первого века. Вы выводите из себя всех, с кем работаете.

Его выгоняли, заставляли уйти или побуждали прекратить работу ведущие научные учреждения планеты. В области, порождающей столько же титанических эгоистов, сколько блестящих прорывов, каким говнюком должен быть человек, чтобы выделяться на общем фоне и никто из чрезвычайно одаренных людей не хотел бы с ним работать?

– Вы правы в том, что под моим началом собрана команда наиболее квалифицированных специалистов. – Я подчеркнул слова «под моим началом». – Я отвечаю за семьдесят человек в опасном путешествии вероятной длительностью два с половиной года. И то если повезет. Члены команды должны быть не только лучшими в своей области, но и хорошо уживаться с другими в стесненных условиях. Вы в число таких людей не входите.

– Другая ваша проблема, – злорадно заявил Умник, – заключается в том, что вы лишь отчасти умнее средней обезьяны. По сравнению со мной, доктор, вы бесполезны. Вы слишком высокого мнения о себе. Единственная разница между вами и Джо состоит в том, что Джо похож на пса, глядящего через ветровое стекло автомобиля, а вы – на пса, высунувшего голову из окна. Обзор у вас немного лучше, но понимаете вы так же мало, как он.

– Кстати, я бы не советовал высовывать голову, – добавил я. – В космосе ветер не дует.

– Джо верно заметил, – закончил Умник. – А если бы дул, весь корабль был бы в собачьих слюнях.

Константин посмотрел на меня с таким выражением, словно искал поддержки у собрата по биологическому виду. Он не понимал, что задрот остается задротом у существ любого вида.

– Я отправлю вам открытку, – пообещал я, – с надписью: «Мы прекрасно проводим время, рады, что вы не с нами».

* * *

Встреча с китайским послом началась чуть ли не точно так же, как стычка с мистером Макдрочером. Хотя правительства затронутых стран согласились с необходимостью отправки «Летучего голландца», что в моих глазах не требовало даже обсуждения, насчет назначения меня командиром корабля единодушия не было. Британский посол пожал мне руку и напомнил, что от его страны в качестве военного вклада в операцию выделено подразделение САС. Если у английского правительства имелись какие-либо возражения против моего назначения командиром операции, то оно из вежливости промолчало или решило, что вопрос не стоит споров.

Китайский посол был более прямолинеен. Китай предложил назначить командиром двухзвездного генерала ВВС с внушительным послужным списком. Китайцы не возражали против моего пребывания на борту, особенно в сочетании с Умником, однако, хотя мне вернули звание полковника, генерал-лейтенант стоял бы значительно выше меня в табели о рангах.

Улаживать разногласия с союзниками по поводу экспедиции «Голландца» отправили особого советника Белого дома Джеральда Шмидта. Шмидт пытался договориться с китайцами, однако генерал Бреннер не пожелал ничего слышать.

– Если