Читать «День Колумба» онлайн

так, сделаем Бишопа трехзвездным генералом, – рыкнул он. – Или пятизвездным, если понадобится. Мы не намерены играть в поддавки.

Китайский посол решил, что время для дипломатии закончилось.

– Американское высокомерие просто возмутительно! Ваша страна не является космической сверхдержавой, а ведете вы себя так, будто…

– Эй! Эй! – крикнул Умник. – Хватит ля-ля! – Это выражение стало излюбленным у ИИ. – Вы, безмозглые обезьяны, можете что угодно делать с вашими титулами и мундирами. Для меня они не играют никакой роли. Джо может называться Великим и Благородным Пупом Земли или клоуном Бобо, но он в любом случае останется капитаном корабля, ясно? Если вы, вшивые обезьяны, хотите участвовать в экспедиции, вы должны признать старшинство полковника Джо.

Клоун Бобо? Удивительно, как быстро способен отвлекаться разум. Разве у клоунов бывают титулы? Кто старше рангом, клоун с большим красным носом или клоун с…

– Он молод и неопытен, – пошел на попятную китаец, обращаясь напрямую к Умнику. – Что особенного в полковнике Бишопе?

Я, кстати, часто задавался тем же вопросом.

– Мне ни к чему пускаться в объяснения, – фыркнул Умник. – Но раз вы постоянно пристаете с этим вопросом, то скажу: Джо – единственный среди вашего недоразвитого вида, кто с самого начала относился ко мне как к живому существу, как к личности. Остальные обезьяны считают меня механизмом и боятся меня. Джо дал мне имя. Раньше у меня было предназначение, однако имени не было. Джо, ты назвал меня засранцем, потому что оценивал меня по стандартам разумных существ. Механизм не может быть засранцем – им может быть только личность. Ты относишься ко мне как к личности, как к равному.

Я был искренне тронут.

– Спасибо, Умник. Я не… Раньше ты ничего подобного не говорил.

– Надеялся, что ты сам сообразишь. Увы, твой слабенький мозг дал осечку.

– Я вижу, ты по-прежнему засранец.

– Что лишний раз подтверждает мое утверждение.

– Мистер Умник…

Китайского посла буквально корчило оттого, что ему приходилось называть сверхумный ИИ Умником. Странно. Ведь Умник не китайское слово, какое ему дело? Может, им стыдно за нас? Ну и хрен с ними.

– Понятно, что вам удобнее общаться на борту со знакомым человеком, но разве он лучший кандидат для должности командира корабля? Ваш приоритет – установление связи с Коллективом. Разве не разумно назначить такого командира, кто наиболее успешно обеспечит решение задачи?

– Да, это имеет смысл, – согласился Умник. – Представьте мне список кандидатов, имеющих больше опыта управления космическими кораблями, чем Джо, и я подумаю. А если таковых не имеется, то советую закрыть рот.

Китайский посол явно не собирался последовать совету и закрыть рот, поэтому я поднял указательный палец.

– Господин посол, позвольте мне на секунду вас перебить? – Я указал на американцев, сидящих в углу комнаты. – Как насчет того, если я буду командовать кораблем, а подполковник Чан – экипажем?

Шмидт наклонил голову к генералу Бреннеру.

– Это позволило бы китайцам сохранить лицо. Что вы думаете?

– Я думаю, что китайцев вообще не обязательно включать в экипаж. Не хотят сотрудничать, пусть сидят дома, – прорычал Бреннер, буравя взглядом китайского посла.

– Президент желает, чтобы экспедиция носила международный характер, и наша задача – добиться в этом вопросе успеха, – мягко напомнил советник. – Нам необходимо сотрудничать в восстановлении нашей планеты, а когда люди сами полетят туда на своих кораблях, – он ткнул пальцем в потолок, – человечество должно выступать единым фронтом. Вас устроит такой порядок?

– Чтобы американцами командовали китайцы? – скривился Бреннер.

– Последнее слово будет за мной, – заметил я. – В любом случае ничего не будет делаться без одобрения Умника.

Бреннер задвигал челюстью, словно пытался прожевать кусок, который не лез в горло.

– Я знаком с Чаном. Он хороший парень. – Мне всего лишь хотелось напомнить Бреннеру, что он поручил командование операцией молодому неопытному сержанту, что бы ни говорили знаки различия на моем мундире.

– Полковник, – Бреннер посмотрел мне в глаза, и я постарался выдержать его взгляд, – после совершения скачка вам никто не придет на помощь. Мне кажется, что сохранение нашими союзниками лица не столь важно, как поддержание четкой вертикали подчинения. Этот порядок, на мой взгляд, чреват неприятностями, но решать вам. После скачка все вопросы придется решать вам.

Было трудно не отвести взгляд, но я выдержал.

Черт, я начал сомневаться в себе. Однако менять решение было поздно.

– Я все организую как надо, сэр. Если Чан будет создавать проблемы, Умник запрет его в каюте.

Я хотел сказать это в шутку. Чан знал, что на борту «Голландца» ничего не происходило без моего и Умника ведома и одобрения. Какой-нибудь другой офицер мог воображать, что сумеет захватить власть, только не Чан.

Кроме того, я умолчал, что подчинение экипажа Чану освобождало меня от административной рутины. Сплошная выгода, с какой стороны ни посмотреть.

– Значит, договорились, – кивнул Шмидт. – Хорошая мысль, полковник Бишоп. Чтобы руководить международным экипажем, потребуются дипломатические навыки. Похоже, вы действительно самый подходящий человек для этой должности.

– Спасибо, сэр.

Шмидт нахмурился.

– Когда у вас появится свободная минута, я хотел бы поговорить о докторе Константине.

Я в душе замычал от досады, приготовившись к бою.

– Характер доктора делает его непригодным для длительного путешествия в стесненных условиях, сэр.

Неожиданно Шмидт широко улыбнулся.

– Хорошо. Очень хорошо. Все в порядке, он вычеркнут из списка.

– Так просто? – удивился я.

– Да. У Константина есть влиятельные заступники, но, если командир корабля считает, что его личностный профиль не подходит, вряд ли кто-то будет спорить. Белый дом искал повода, чтобы исключить его из списка.

Китайский посол с энтузиазмом воспринял идею о назначении подполковника Чана ответственным за экипаж. Он предложил, чтобы Чана официально утвердили заместителем командира, дабы юридически закрепить его положение. Я согласился.

В экипаже – мир и гармония, доктор Константин удален из списков, перед отправлением предстоит встреча с родителями. Впереди путешествие неопределенной длительности во враждебной галактике на борту трофейного корабля с минимальным набором запчастей. Корабля, которого мы не понимали, управляемого рассеянным ИИ, смутно представлявшим себе, куда держать путь.

Что могло пойти не так?

Глава 19. В полет

– Доклад о готовности к старту, капитан, – сообщила Десаи с диванчика пилота. Справа от нее сидел капитан ВВС США, летавший на F-22. Возможно, он был неплохим парнем и отличным пилотом – мне постоянно приходилось напоминать себе о подобных вещах при виде новых лиц на борту «Голландца». Лиц людей, не служивших в ЭКОНе, раньше не летавших в космос, не бывавших в Кэмп-Альфе и на Парадизе, не захватывавших вражеские корабли и не штурмовавших хорошо укрепленную базу на астероиде. Тем не менее они были хорошими людьми. Правда, пока не «своими».