Читать «Камень преткновения» онлайн

на нос. Плохо только было с бронированием казематов 229 мм орудий — всего три дюйма, траверзы шесть, но так в них попасть еще нужно. Да высокий колпак барбета на «Александре» вызывал определенное беспокойство — прикрыт двумя с половинами дюйма железа. И утолщение недопустимо — и так вес до сорока двух тонн, слишком тяжелая крыша. И что скверно — ее может пробить и шестидюймовый снаряд, и если разорвется внутри, когда будет идти перезарядка пушек, но последует детонация, о последствиях которой лучше не думать. Точно такие же барбеты на трех первых черноморских броненосцах, когда их строили, считалось, что подобное маловероятно. Флагманскому «Николаю» подобное не грозит — на нем поставили массивную башню, однако все ее достоинства сводились на «нет» торчащими двумя короткими «обрубками» стволов. Пробиваемость брони, да еще чугунными снарядами, была низкой — только поцарапать краску да оставить вмятины на толстых плитах бывших «китайцев». Одно хорошо — погреба на двух русских броненосцах полнехоньки, снарядов хватит, да и команды, пусть еще не побывали в реальном бою, не подведут…

Сдача японцам по приказу контр-адмирала Н. И. Небогатова флагманского броненосца «Император Николай I», а вместе с ним еще трех броненосцев. Прямое следствие злосчастного Цусимского боя 14 мая 1905 года, показавшего не только моральный надлом русских моряков, но и Российской империи в целом…

Глава 35

— Значит, японцы поставили на свои «симы» германские пушки, калибра 210 мм. Вполне разумно, из французских 320 мм попасть трудно, да и стреляют полдюжины раз за час. А эти ничего себе, быстро стреляют, выстрел за минуту, и ведь попадают.

Командующий 2-м броненосным отрядом Тихоокеанской эскадры Григорий Павлович Чухнин негромко выругался — теперь для него, как и других русских офицеров, стало понятно, почему японцы не выходили летом в море сражаться. И ведь не напрасно — в июне дрались совсем другие корабли, более слабые, что ли, а сейчас всплески буквально захлестывали три русских броненосных фрегата. Крейсеров осталось четыре, только вместо «Чийоды» появился бывший китайский крейсер, державшийся вместе с ними вполне уверенно. Григорий Павлович наскоро посмотрел справочник — германской постройки, узкий броневой пояс от пяти до девяти дюймов, в носовом барбете, прилично забронированном, пара 210 мм орудий, в бортовых спонсонах еще два 150 мм, но на корме добавилась еще одна такая же пушка. Так что бортовой залп из четырех стволов был внушительным, а пушки ничем не уступали тем, что были установлены на «Памяти Азова», и заметно превосходили орудия «князей» — все же немцы в этом деле мастера. И на «симах» теперь такой же главный калибр — в борту крейсера уже две пробоины от неразорвавшихся снарядов, болванки не взорвались, их тут же измерили — 8,2 дюйма, в перерасчете как раз 210 мм и выходит округленно.

— Самураи стреляют лучше, чем мы — это следует признать, Андрей Андреевич. Нас спасают только броневые пояса, и то, что не осталось ни одной деревяшки. Но бой будет тяжким — мы потеряли свое превосходство в залпе, а японский флот заметно усилился китайскими кораблями — крейсера у них добротной английской и германской постройки, хорошо, что вдвое меньше наших фрегатов по водоизмещению.

— Ничего, должны справиться, надо попадать только чаще.

Командир флагмана капитан 1-го ранга Вирениус был спокоен, а Чухнин, уступив ему свой корабль с производством в контр-адмиралы, старался не вмешиваться в его распоряжения — тут немцы правильно замечают в таких случаях — «нельзя вырывать стул». Хотя хотелось невероятно, все же его корабль, которым долго управлял, хорошо знал офицеров и большую часть нижних чинов. Порой прямо подмывало дать указания, но терпел, постоянно напоминая себе, что власть его распространяется на три фрегата, а не на один, и управлять внутрикорабельной жизнью может только в собственном салоне под верхней палубой на корме, и немногими офицерами штаба.

— Плохо, что Бэйянский флот достался японцам — в штабе командующего явно ошиблись с расчетом, что самураи смогут ввести трофейные корабли в строй. Не только сумели, но и успели, при этом перевооружили. Скверно, никогда не стоит возлагать излишние надежды на нерасторопность противника. Сами ремонтировали свои корабли в Японии — они там умеют хорошо работать, да и заводы ничем не хуже, чем в европейских странах.

Григорий Павлович говорил негромко, поглядывая на корабли под флагом страны Восходящего Солнца. На этот раз они не сближались, стреляли с тридцати кабельтовых, уверенно держа ход в четырнадцать, а в справочниках указывалось, что общая максимальная скорость этих кораблей на два узла больше, так что при необходимости могут поднажать. Из русских кораблей только «Память Азова» могла идти уверенно, не уступая в скорости, а вот «князья» уже «задыхались» — для них тринадцать узлов почти на пределе, нужен капитальный ремонт, все же долгим вышло плавание. В мастерских в Чемульпо удалось провести только необходимые ремонтные работы, а фрегаты нужно ставить в док, но его во Владивостоке еще не достроили. Англичане соблюдают нейтралитет, так что и в Шанхае на ремонт не встанешь. Тут, как ни крути, но побеждать нужно, пока машины не разболтаны.

— Только четыре китайских корабля — два броненосца в главных силах, один крейсер против нас с «симами». Еще один, английской постройки, идет концевым в одном отряде с «Нанивой» и «Такачихо». А вот «Чийода» встала за «Ёсино» и «Акицусиму», у нее вполне подходящая скорость для «летучего отряда». Но у Алексеева еще отряд Бирилева — там «Витязь» с «Манджуром» и «Корейцем», да и сам «Нахимов» многого стоит. Продержатся — дюжина восьмидюймовых пушек, а у японцев против них ни одной.

Контр-адмирал Чухнин говорил спокойно, оглядывая в бинокль огромное водное пространство, на котором дымили трубами три десятка больших кораблей, сошедшихся в генеральном сражении. Перестрелка пошла ожесточенная — на левом фланге, после ряда маневров, сцепились броненосцы. Там полностью равные силы — и бывшие корабли Цыси «посудинами» не назовешь, очень стойкие и крепкие построили в Германии броненосцы, при этом водоизмещение чуть больше семи тысяч тонн.

«Балтийские тараны» на две тысячи тонн крупнее, но у японцев третьим идет «Фусо». К тому же бывшие «китайцы» не только не уступают по пушкам главного калибра, а вдвое превосходят числом. Всего один неудачный маневр, и по русским броненосцам начинаю стрелять не из четырех двенадцатидюймовых стволов, а из шести, а то и восьми. Правда, со скорострельностью у самураев проблемы — каждый ствол стреляет раз в пять минут, с «императоров» каждые три минуты носовые