Читать «Камень преткновения» онлайн

и многие считали короля слабовольным, послушной марионеткой своего отца, которого все почтительно именовали Тэвонгуном. Вот только Карл Иванович прекрасно понимал, что все это типичное притворство человека, каждый день страшащегося очередного покушения. А таковых было много, недаром, когда ван стал вполне искренно, с немалым искусством разыгрывать поведение «дурачка», его оставили в относительном покое, мишенью стала властная супруга и второй сын от нее (трое других умерли в младенчестве), наследник Ли Чхок, которого чудом спасли от отравления — но у двадцатилетнего принца сейчас выпали все зубы и он стал плохо видеть. Да и сам Карл Иванович доверял только личному повару при посольстве и супруге — яд давно вошел в обиход корейской знати, что напоминали ему скорее смертельно жалящих змей, чем людей, давно позабывших про искренность и честь. Но скорее просто не знавших с детства, что это такое, а их нынешняя мораль и нравственность таких императивов просто не рассматривала, как таковых.

— Посмотрите, Карл Иванович, японцы даже не скрывают, что они при необходимости могут занять Сеул в любую минуту. Их отнюдь не смущает присутствие иностранных консулов — ведут себя как хозяева.

Медленно идущий рядом с дипломатом мужчина был относительно молод в сравнении с ним, двадцать лет отделяют отца от сына. Афанасий Иванович Середин-Сабатин был архитектором без диплома — повздорил перед выпуском с профессором. Подался в Морской кадетский корпус, по окончании которого оказался штурманом «русского восточного флота». Однако военная служба с ее тягостями не устроила молодого человека, и двенадцать лет тому назад прибыл в Корею из Шанхая. И тут обрел себя в творчестве — корейцы по достоинству оценили его дарования, возведенные по его проекту дома, украшали сейчас Сеул и порт Чемульпо. С Вебером сблизился по окончании строительства здания русской дипломатической миссии, которое оценил сам король Коджон, заполучив несостоявшегося архитектора — редко кто из иностранцев получал весомую придворную должность. Сейчас он служил в Кёнбоккуне, и это был воистину бесценный помощник. Но имелся и недостаток, весьма значимый — Афанасий Иванович не имел склонности к языкам и до сих пор плоховато изъяснялся с корейцами, зачастую просто не понимая толком, что ему говорят.

— Они наводнили Чосон своими войсками после того как выбили отсюда китайцев. Теперь страна вроде как получила «независимость», но японский посол имеет больший вес, чем сам Коджон. Думаю, очень скоро самураи устроят переворот — прибытие нашего флота их если не напугало, то озадачило не на шутку. А у нас здесь нет собственной силы, кроме казачьей полусотни, которая и нас с вами, Карл Иванович, не спасет, случись что нехорошее. Скорей бы эскадра в Чемульпо пришла — орудия броненосцев произведут отрезвляющее воздействие на горячие головы.

Посол только вздохнул на эти слова — он имел собственное мнение, и опасался за судьбу небольшой русской колонии в Сеуле. К тому же был серьезно озадачен отсутствием вестей от друга — за его жизнь он опасался не на шутку, и постоянно доносил о том в Санкт-Петербург, зная, какое значение придает этому человеку император…

Корейская армия на рубеже веков — ее подготовкой занимались все кому не лень, от американцев до японцев, китайцев и русских, вот только все как в поговорке про семь нянек и единственного дитя, оставшегося на их попечении…

Глава 7

Эскадра завершала перестроение, вперед выдвинулись главные силы, шедшие двумя кильватерными колоннами. Левофланговый отряд возглавлял броненосец «Император Александр II» — на нем держал флаг контр-адмирал Макаров. За ним следовали «князья», а так на флоте именовали броненосные крейсера «Владимир Мономах» и «Дмитрий Донской».

Командующий эскадрой вице-адмирал Назимов оставался на своем флагманском броненосном крейсере «Адмирал Нахимов», хотя следовавший за ним броненосец «Император Николай I» более подходил для этой роли. Замыкал правофланговую колонну броненосный крейсер «Память Азова», совсем новый корабль, и четырех лет не прошло, как на нем подняли флаг. Фактически весь Балтийский флот направлялся сейчас в Чемульпо с «дружеским визитом», при этом присутствие столь мощного соединения, способного уничтожить японский флот в открытом столкновении, объяснялось наличием вымпела члена императорской Фамилии, поднятого над «Николаем». И сам великий князь, пристально рассматривавший идущую на ост эскадру, пересекавшую Желтое море, с утра перестал быть старшим офицером своего броненосца, как раз с того момента, когда пришлось надевать парадный мундир со всеми звездами — с самого рождения он стал кавалером большинства орденов империи, такова была традиция. Теперь он вроде чрезвычайного и полномочного посла в ранге наместника, который при необходимости наделен полным правом объявить войну Японии, и формально став главнокомандующим сухопутными и морскими силами Российской империи.

Александр Михайлович нисколько не сомневался, что японцев уже не только уведомили о «визите», но и намекнули о возможных последствиях, если самураи вздумают воспрепятствовать «миролюбивым» предложениям Санкт-Петербурга. Все правильно, ведь любые слова империя должна подкреплять орудийными жерлами своих кораблей. Эту практику англичане уже давно ввели в политический обиход, а вот Россия пробует впервые. И единственное, что сильно беспокоило великого князя, как и двух других адмиралов, так это то, чтобы «первый блин комом» не оказался. Недооценивать врага никогда не стоит, тем более японцы показали, что умеют воевать на море. Вот только русский флот не китайский, не стоит считать ровней азиатов с европейцами — уже много раз было наглядно продемонстрировано всему миру, что прямое столкновение с европейской державой для туземцев чревато очень большими неприятностями. А тут шесть кораблей, самый слабейший из которых мощнее любого японского корабля, а то и двух сразу.

Все дело в пушках и бронировании — на всех кораблях броневые пояса идут сплошной полосой, от штевня до штевня, только у «Нахимова» оконечности не прикрыты, зато цитадель защищена десятидюймовыми плитами, почти как на броненосце. А вот русская артиллерия не в пример мощнее — на броненосцах по паре двенадцатидюймовых стволов в носовом барбете, еще по две 229 мм пушки в казематах на каждый борт, плюс к ним четыре шестидюймовых ствола. Броненосные крейсера вооружены 203 мм и 152 мм артиллерией — на фрегатах «набор» слабее, на флагманском «Нахимове» восемь восьмидюймовых пушек поставлены попарно в четырех барбетах, почти как на броненосцах. Три других крейсера имеют тоже восемь таких стволов — на «Донском» четыре, на двух других по паре, в спонсонах, чтобы иметь возможность стрелять на каждый борт. Плюс от десяти до четырнадцати шестидюймовых пушек на каждый русский броненосный крейсер, их снаряды весом в два с половиной пуда способны разломать вражеские корабли,