Читать «Легионы Рима от Мария до Цезаря» онлайн
Андрей Валерьевич Банников
Страница 12 из 31
Командование старалось стимулировать храбрость личного состава надеждой на получение награды, источника престижа. Повышения производились, конечно же, в соответствии с продолжительностью службы и опытностью, но престиж солдата основывался также на доблести, которую он демонстрировал на поле боя. В Галлии Цезарь действовал в соответствии с соревновательным принципом: после сражения он обращался поименно к наиболее отличившимся солдатам и центурионам, хваля их за проявленную отвагу.
К похвальному слову, чья сила зависела от харизмы и чувства справедливости вождя, добавлялась возможность получить долю в добыче, захваченной у врага, а также система вознаграждений (dona militaria).
Добыча была наиболее привычной формой награды солдата в республиканскую эпоху. Если вражеский город сдавался без боя, то добыча полагалась по праву только офицерам, а в случае завоевания оружием она делилась между солдатами. Размеры добычи зависели не только от проявленного ими мужества, но также и от щедрости военачальника.
Военнопленные считались добычей, принадлежащей победителю; пленников часто распределяли между солдатами, чтобы те могли продать их в рабство[98]; монетизация обычно происходила быстро: в обозе было много купцов, которые следовали за легионами во время кампаний.
Иногда добыча продавалась на месте, а выручка распределялась между солдатами в качестве премий за понесенные труды и жертвы: Цезарь после кампании против битуригов обещал раздать по 200 сестерциев каждому солдату и по 1000 каждому центуриону[99].
Присуждение добычи могло дополняться так называемым донативом (donativum) — вознаграждением (иногда в натуральном виде, но чаще деньгами), которое выдавалось некоторое время спустя после окончания военных действий. Во время своего триумфа после победы на Востоке в 61 г. до н. э. Помпей располагал 36 млн денариев и предоставил 6000 денариев каждому из своих офицеров и по 1500 — каждому легионеру. Разграбление Галлии принесло Цезарю десятки миллионов денариев. Поэтому он мог позволить себе выдать от 5000 до 6000 денариев каждому легионеру во время своего триумфа в 46 г. до н. э.
За достойное поведение на поле боя выдавались дополнительные продовольственные пайки, одежда или ценные подарки в золоте или в серебре. В исключительных случаях предоставлялись также знаки отличия, которые имели большое символическое значение.
Золотое кельтское ожерелье (torquis).
Милан, Археологический музей
Со временем денежные раздачи заменили, хотя и не полностью, добычу, в то время как знаки отличия были постепенно стандартизированы и присуждались дифференцированным образом в зависимости от звания и ранга награждаемого.
Наградами, наиболее часто присуждаемыми солдатам, были браслеты и ожерелья[100]; центурионы могли получить в качестве наград фалеры и «чистое копье». Браслеты (armilae) и ожерелья (torques) чаще всего были серебряными, но в исключительных случаях делались из золота. Они были типичными украшениями кельтских воинов и появились в Риме впервые около 230 г. до н. э.[101] Кроме собственной ценности металла эти предметы имели значение трофеев, показываемых при возвращении на родину. Однако со временем они превратились в самые настоящие знаки отличия.
Фалеры[102] представляли собой металлические искусно обработанные диски или полумесяцы (часто из золота или серебра), которые воспроизводили изображения мифологических персонажей или божеств. Возможно, сперва фалеры использовались только в качестве украшения, крепившегося к конской сбруе. Позднее они превратились в престижный знак отличия, предназначавшийся для наиболее высоких рангов центурионов.
«Чистое копье» (hasta pura), то есть не запачканное кровью, представляло собой копье с наконечником из бронзы, серебра или золота. Подобная награда изначально давалась тем, кто победил противника, сразившись с ним в поединке. Позднее ее могли получить только старшие центурионы или офицеры[103].
Более престижными наградами считались различные венки, которые также предназначались почти исключительно для наиболее привилегированных слоев армии[104].
Античные авторы свидетельствуют о важности dona militaria в представлении легионов. Уже Полибий сумел проанализировать очевидную привлекательность этой военной символики: «Прекрасно также умеют римляне возбуждать отвагу в солдатах. Так, если было какое дело и некоторые солдаты отличились в нем храбростью, консул созывает в собрание все войско и ставит подле себя тех солдат, которым молва приписывает выдающиеся подвиги. Сначала он произносит похвальное слово о заслугах каждого воина отдельно и обо всем, что было в его жизни достойного доброй памяти, затем дарит солдату, ранившему неприятеля, копье, солдату, убившему врага и снявшему с него доспехи, дарит чашу, если он пеший, или конскую сбрую, если конный... Однако награды даются не тогда, когда воин ранил нескольких врагов, снял с них доспехи в правильной битве или при взятии города, а тогда только, когда враги ранены или убиты в легкой стычке и вообще при таких обстоятельствах, которые нисколько не обязывали отдельных воинов отваживаться на опасность и в которых солдаты по доброй воле и собственному побуждению шли в дело. Золотым венком консул награждает солдат, которые при взятии города первые взошли на стену. Он отмечает наградами и тех из римлян или союзников, которые в битве прикрыли кого-либо щитом и тем спасли его. Спасенные также награждают своих спасителей... Да и во всю жизнь спасенный чтит своего спасителя как отца и обязан угождать ему во всем как родителю. Такого рода поощрения возбуждают к соревнованию в военной доблести не только свидетелей и очевидцев, но и остающихся дома граждан. Ибо солдаты, удостоенные подобных наград, помимо того, что слава о них идет в лагере и теперь же достигает родины, участвуют в торжественных процессиях со знаками отличия: носить подобные украшения может лишь тот, кого консул наградил ими за доблесть; в домах своих они кладут снятые с неприятелей доспехи на самых видных местах как памятники и свидетельства своей доблести. При столь внимательном и заботливом отношении к военным наградам неудивительно, если военные предприятия римлян увенчиваются блестящими успехами»[105]. Поэтому понятно стремление Мария (который был плебейского происхождения) противопоставить добытые в боях награды знатности своих конкурентов: «Я не могу ради вящего доверия к себе похвастать изображениями предков, их триумфами или консулатами, но, если потребуется, покажу копья, флажок[106], фалеры и другие воинские награды и, кроме того, шрамы на груди. Вот мои изображения, вот моя знатность, не по наследству мне доставшаяся, как им, но приобретенная бесчисленными трудами и опасностями»[107].
Жалованье солдата (Stipendium). В начале Галльских войн легионер получал пять ассов в день (или 120 денариев в год), в то время как поденщик в Риме получал 12 ассов. В конце гражданских войн Цезарь удвоил плату, воспользовавшись изначально собственными средствами,