Читать «Легионы Рима от Мария до Цезаря» онлайн

так было удобно и нести ношу, и отдыхать. Отсюда возникла поговорка «марианские мулы»»[111]. Другую этимологию этого известного выражения приводит Плутарх: «В походе Марий закалял войско, заставляя солдат много бегать, совершать длинные переходы, готовить пищу и нести на себе свою поклажу, и с тех пор людей трудолюбивых, безропотно и с готовностью исполнявших все приказания, стали называть «Мариевыми мулами»»[112]. Однако намного более вероятно, что Марий просто восстановил вместе с дисциплиной так же и временно вышедшие из употребления, но соблюдавшиеся на протяжении веков обычаи, среди которых было правило самому нести свою поклажу.

Для обозначения личного багажа и индивидуального снаряжения солдат античные авторы используют термин sarcina. Когда солдаты несли его на себе, то они были sub sarcinis, то есть «под поклажей». Sarcina была достаточно громоздкой, поэтому если противник производил внезапное нападение в тот момент, когда армия совершала переход, легионеры должны были бросить свою кладь в середину построения (sarcinas in medium conicere) и развернуться лицом к атаковавшему врагу.

Личные вещи солдата включали в себя туалетные принадлежности, огниво, масляную лампу, восковые таблички и стилос (палочку для письма), игральные кости, ветошь и т. д. Все это было уложено в специальной кожаной сумке (pera), которую несли на Т-образном шесте. Для приготовления пищи служили миска (patera) и котелок (situla), их также подвешивали к шесту.

Относительно количества провианта, перевозимого в обозе, в источниках наблюдается определенное расхождение. Цицерон сообщает, что солдат нес провизию на 15 дней[113].

Аммиан Марцеллин утверждает, что в его время (IV в. н. э.) солдаты несли на плечах провизии на 20 дней[114]. В каждом случае речь идет о весе, достаточно значительном на индивидуальном уровне, даже для людей сильных и натренированных. Поэтому более правдоподобной представляется информация Иосифа Флавия, согласно которому легионер нес вместе со своей индивидуальной поклажей еды на три дня[115]. Эта гипотеза не исключает, естественно, того, что более значительные запасы провианта транспортировались на телегах и мулах.

Кроме оружия, личных вещей и провизии солдаты несли также все необходимое для возведения лагеря (инструменты для проведения земляных работ, вырубки леса и т. д., а также 2–3 кола для лагерного палисада). Вся эта ноша в совокупности могла весить 35–40 кг.

Замысел Мария, состоявший в том, чтобы переложить максимальное количество груза на плечи солдат, не решил тем не менее проблему мобильности армии, по-прежнему сильно зависевшей от громоздкого обоза. Палатки, метательные машины, запасы воды, еды, фуража и т. д. легионеры не могли нести на себе. Поэтому считается, что даже после проведенной реорганизации один легион нуждался не менее чем в 4000 вьючных и гужевых животных.

Обоз был постоянной причиной задержки передвижения армии. Сам по себе он представлял настоящую армейскую колонну, и солдаты постоянно заботились о его безопасности.

Вместе с обозом армия делала обычно около 30 км за один дневной переход. После этого разбивался временный лагерь (castra aestiva), окруженный валом с частоколом и рвом. Эта операция подчинялась строгим правилам. Работы должны были производиться как можно быстрее, чтобы солдаты не оказались в уязвимой ситуации перед возможным нападением противника. Задача облегчалась тем, что каждой частью войска выполнялись постоянно одни и те же действия (установка палаток, прокладывание дорог, обеспечение водой, сообщение между различными постами и командованием, содержание животных). Подобные ежедневно повторяющиеся работы не только вырабатывали у солдат необходимые навыки, но и имели психологическое значение, создавая у людей ощущение безопасности. Важно отметить, что постройка лагеря на вражеской территории была еще и символическим жестом, указывавшим на овладевание ей.

Несомненно, что инструментарий легионеров, использовавшийся при разбивке лагеря, должен был включать в себя лопаты, ведра, кирки, топоры мотыги... Однако все археологические свидетельства, которыми мы располагаем сегодня, относятся к более позднему периоду. Для времени Республики имеются лишь железные колья, снабженные кольцом, через которое пропускалась веревка; их вес составляет приблизительно 320 г. Назначение подобных предметов не совсем понятно. Предполагается, что их использовали при установке палаток или же для выпаса животных.

Инженерные военные сооружения. По мере того как армия продвигалась, она строила дороги, тоннели и мосты. У римлян еще не было инженерных войск или солдат, постоянно отвечавших за проведение подобных работ, но в некоторых случаях, особенно во время кампаний Цезаря в Галлии, наблюдаются начатки определенной специализации. Одним из наиболее прославленных примеров римских военных сооружений может служить мост, построенный в 55 г. до н. э. Желая охладить наступательный порыв германцев в отношении римских союзников, Цезарь решил перейти Рейн. Чтобы это сделать, он приказал возвести мост, строительство которого детально описал в своих «Записках»: «Мост он (Цезарь. — А. Б) построил следующим образом: бревна в полтора фута толщиной, несколько заостренные снизу и по длине своей соразмерные с глубиной реки, соединялись друг с другом попарно на расстоянии двух футов. Они были с помощью машин опущены в реку, укреплялись и вколачивались бабами, однако не перпендикулярно, как вбиваются обыкновенные сваи, но наискось, наподобие стропил, и с уклоном в сторону течения реки; против каждой из этих пар вбивалась на расстоянии сорока футов по дну пара бревен, соединенная таким же образом, но уже поставленная против течения. Обе эти пары соединялись сверху поперечной балкой в два фута толщиной соответственно расстоянию между соединенными бревнами [каждой пары] и держались в одинаковом одна от другой расстоянии посредством двух болтов на обоих концах поперечной балки. Так как, следовательно, эти пары балок были [посредством поперечных балок] разъединены и укреплены в обе противоположные стороны, то все сооружение получило естественным образом такую прочность, что чем сильней был напор воды, тем крепче все его балки были связаны друг с другом. Поперечные сваи были устланы сверху продольными брусьями, а эти последние были покрыты шестами и фашинами. Тем не менее были еще вогнаны наискось вниз по течению сваи несколько ниже самих балок и вроде таранов, чтобы в соединении со всем сооружением разбивать напор воды. Были также и другие защитные сваи выше моста [против течения] на небольшом от него расстоянии, чтобы стволы деревьев или бревна, которые вздумают пустить варвары по течению для разрушения моста, разбивались о них и не вредили мосту»[116].

На возведение этого величественного сооружения римлянам понадобилось всего 10 дней. При этом следует отметить, что с инженерной точки зрения в нем не было ничего революционного. Напротив, быстрота строительства наглядно продемонстрировала наработанные навыки людей, участвовавших в процессе. Построенный мост имел не столько стратегическое, сколько идеологическое значение. Цезарю важно было поразить племена, проживавшие на территориях еще неизвестных, показав им техническое превосходство римлян; во главе своих легионов