Читать «Наследие тьмы. Пробуждение» онлайн

себя крепко связанным, сидящим на стуле посреди комнаты, которую всего час назад собирался покинуть, оставив за спиной второй, на этот раз окончательный труп.

— Доброе утро, — произнёс Александр приветливо, устроившись напротив в кресле, которое Марта заботливо придвинула поближе к пленнику. — Или, вернее, доброй ночи — формально до рассвета ещё есть время. Надеюсь, удар тростью не слишком испортил вам настроение.

Мужчина дёрнулся, проверяя путы, и, убедившись в их надёжности, устремил на Александра взгляд, полный смеси профессиональной ярости и растущего, плохо скрываемого недоумения.

— Ты должен быть мёртв, — произнёс он хрипло. — Три ножа. Я лично видел отчёт.

— Ах, отчёты, — Александр покачал головой с притворным сочувствием. — Никогда нельзя доверять бумажной работе полностью. Впрочем, не переживайте — я тоже был весьма удивлён собственной живучестью. Считайте это взаимным недоразумением.

На самом деле, дорогой друг, если бы ты знал истинную причину моей живучести, твоё недоумение перешло бы в куда более интересную категорию эмоций. Но пока обойдёмся без лишних откровений.

— Чего ты хочешь? — прорычал наёмник, явно решив, что вежливая беседа — прелюдия к куда менее приятным методам убеждения.

— На удивление немного, — Александр откинулся в кресле, изображая непринуждённость, которую едва ли ощущал на самом деле, учитывая, что каждая клетка измождённого тела молила о отдыхе. — Имя вашего нанимателя. Не того, кто заплатил лично — я и без того прекрасно осведомлён о причастности своих любящих родителей, — а того, через кого была организована сделка. Судя по качеству вашей подготовки, вы не из тех, кто берётся за подобную работу напрямую от разорившихся провинциальных аристократов. У вас должен быть посредник. Гильдия. Организация. Кто-то с репутацией и связями.

Мужчина промолчал, стиснув зубы, и Александр, наблюдая за этим упрямым молчанием, невольно отметил про себя нечто похожее на уважение — пусть даже профессиональное упорство в данный момент играло явно не в его пользу.

— Понимаю, — произнёс он мягко. — Кодекс чести, верность нанимателю, репутация в определённых кругах — всё это, разумеется, весомые аргументы против откровенности. Позвольте предложить вам взамен куда более весомый аргумент в пользу обратного.

Он поднялся с кресла — медленно, стараясь не выдать, насколько сильно давалось ему это простое движение, — и подошёл ближе к пленнику, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки.

Магии у меня почти не осталось — последние крохи ушли на трюк со свечой и удар тростью. Но, к счастью, для того, что я планирую дальше, много и не потребуется. Иногда самый эффективный инструмент убеждения — вовсе не сила, а простое, отточенное тысячелетием понимание человеческой психологии.

— Видите ли, — произнёс Александр тихо, почти доверительно, — три дня назад меня закололи в моей же постели три профессионала, нанятых собственными родителями. Я пережил это, хотя, признаться, любой здравомыслящий человек на моём месте счёл бы подобное чудом граничащим с абсурдом. С тех пор я много размышлял о справедливости, о цене предательства и о том, насколько беззащитен человек перед лицом тех, кому доверяет больше всего. И знаете, к какому выводу я пришёл?

Наёмник молчал, но взгляд его — Александр отметил это с холодным удовлетворением — начал терять прежнюю уверенность.

— Я пришёл к выводу, — продолжил он тем же тихим, ровным тоном, — что справедливость — вещь крайне субъективная, но легко достижимая, если у тебя достаточно терпения и достаточно… мотивации. Вы можете хранить молчание, разумеется. Это ваше право. Но подумайте вот о чём: ваш наниматель, кем бы он ни был, полагает сейчас, что вы либо успешно завершили работу и предпочли исчезнуть с вознаграждением, либо провалились и, вероятнее всего, мертвы. В любом случае — вас никто не хватится в ближайшее время. А значит, у нас с вами, — он позволил себе едва заметную улыбку, — есть сколько угодно времени, чтобы обсудить детали куда более обстоятельно.

Пауза, повисшая после этих слов, растянулась на добрых полминуты — наёмник, судя по выражению лица, лихорадочно взвешивал варианты, ни один из которых, очевидно, не казался ему привлекательным.

— Гильдия Молчаливых Клинков, — произнёс он наконец глухо. — Наниматель обратился через них. Имени заказчика посредники не раскрывают напрямую — только через доверенных агентов. Я знаю лишь то, что заказ пришёл через некоего Вардена — он держит контору в столице, оформляет подобные сделки под видом торговли редкими артефактами.

Гильдия Молчаливых Клинков. Что ж, по крайней мере, теперь у меня есть имя, за которое можно зацепиться.

— Прекрасно, — Александр кивнул, отступая на шаг. — Видите, как просто оказалось найти общий язык. И последний вопрос, чтобы закрыть тему окончательно: ваш наниматель — то есть, полагаю, всё же мой отец, — знает ли он лично о существовании этой гильдии, или все контакты также шли через посредников?

— Через посредников, — подтвердил наёмник. — Аристократы редко пачкают руки напрямую. Ваш отец обратился к местному ростовщику, тот свёл его с агентом гильдии, а дальше уже дело техники.

Значит, отец не так уж искушён в тёмных делах, как могло показаться на первый взгляд. Простой, отчаявшийся человек, готовый на убийство ради восстановления попранной гордости, но недостаточно хитрый, чтобы выстроить действительно надёжную сеть защиты для собственного плана. Это, признаться, обнадёживает.

Дальнейший разговор — Александр выудил из пленника ещё несколько деталей: примерную сумму сделки, обещанную вторую половину оплаты, и туманное упоминание о том, что гильдия Молчаливых Клинков имеет репутацию организации, крайне не любящей, когда о её услугах становится известно посторонним, — занял ещё около получаса, прежде чем со стороны коридора донёсся торопливый, встревоженный стук в дверь.

— Молодой господин! — голос Марты, обычно спокойный, на этот раз звучал с явной паникой. — Беда! Ваша матушка… она поднимает весь дом. Требует немедленно увидеть ваше тело, говорит, что больше не намерена ждать!

Александр и наёмник, связанный на стуле, обменялись быстрыми взглядами — в которых, при всей нелепости ситуации, промелькнуло что-то похожее на взаимопонимание двух людей, застигнутых врасплох одной и той же проблемой.