Читать «Убийца эпидемий» онлайн

хотя видно было, что она не под боевые задачи себя затачивала. Да и все остальное очень хорошо законсервированное и хорошего качества. Однако Ройга для себя это тело не особо хотела: оттенок кожи не тот, телосложение и центр тяжести непривычные. Как она сказала: «Если опять поломаюсь, а больше ничего не будет — тогда сгодится. А так я бы предпочла свое нынешнее тело улучшать. Опять же, чувствую себя обязанной перед той девочкой, которой оно принадлежало». Так что Бирги у нас сидела на «скамейке запасных»).

В общем, я заглянул в комнату связи, полюбовался на платиноволосую Паучиху и второе умертвие, неподвижно сидящих за столом с ключами — а чего им двигаться, передачи-то нет. Ладно, что греха таить, мне тоже нравится заходить в эту комнату и смотреть, как оно все устроено. Потому что это не первая, но, может быть, самая зримая моя победа над окружающим средневековьем — пункт связи! Ибо где связь, там и начинается современная цивилизация.

…Пока не родятся дети Бьеров. Тогда будет еще одна зримая победа. Надеюсь, родятся. И здоровыми притом.

Ульфир обернулся на стук двери.

— Вы уже собрались? — немного удивился он. — Я думал, позавтракаете.

— Да ну его, аппетита нет, — махнул я рукой. — Пойдем сначала поглядим.

— Я видел нашествие сусликов шесть лет назад, — раздумчиво проговорил Ульфир. — Если я правильно помню свои прижизненные ощущения, потом у вас, скорее всего, аппетита не будет. Так что, пожалуйста, перекусите. А то госпожа меня опять обругает.

«Госпожа» — это у него была Олла. Тея и Игнис — «мэтрессы», Ройга — чаще «магистр», но иногда уже проскальзывало и просто «Глерви». До того, чтобы начать меня называть «Влад» по примеру хотя бы Агрима, если уж не остальных, ему явно было еще далеко. Или встряски какой-то не хватало. Ну ничего.

В общем, я опять эпатировал слуг, для скорости самостоятельно заскочив на кухню. Всех эпатировал, кроме Карла, нашего повара — клинического идиота. Он и правда идиот, это не оскорбление: голова у парня варит плохо, по соображалке он примерно как десятилетний пацан, хотя так-то ему лет двадцать пять. И это не то, что я могу вылечить — уже продиагностировал Жизнью. Внешне, кстати, ничего не заметно: физиономия у него нормальная, хоть и простецкая, на синдром Дауна не похоже. Другое что-то. Но лечить я это все равно не умею и помочь ему ничем не смог.

Зато он любит — нет, обожает — готовить. На кухне госпожи Листен у парня не было возможности разгуляться, хотя он и тогда готовил на всех ее постояльцев, выполняя заодно кучу других простых работ. Но готовил он только то, что когда-то показала ему покойная свекровь госпожи Листен, — простую, обычную еду, без всяких изысков. Считать и писать не умеет, отмеряет на глаз и на вес, все рецепты ему нужно показывать, причем, к сожалению, два-три раза — память у парня цепкая, но последовательности действий даются тяжело. И с аналитикой не очень, в смысле, «по аналогии» он когда соображает, что с продуктами делать, когда нет. Зато как только запомнил — уже не упустит, качество продуктов тоже определяет с одного взгляда.

Госпожа Листен все извинялась, что оставила его на кухне готовить, обещала найти хорошего повара. Я это дело пресек и велел вместо этого нанимать временных поваров — учить Карла новым рецептам. Потому что повар, которого невозможно подкупить и который всегда делает, что скажут, — это же золото! Ну, правда, поскольку он цену денег не знает, его и на рынок одного посылать нельзя. Но это уже мелочи.

Так вот, Карл мое появление воспринял, как должное, даже обрадовался. Хотя три его помощника аж одеревенели и замерли по стойке смирно.

— Мэтр Шелки! Вы опять меня поучить пришли? — спросил наш главный повар.

Совершенно детское радостное выражение на обычном слегка небритом лице смотрелось странно, но я успел привыкнуть. Парень на своем месте, счастлив — нехрен его жалеть. А учиться готовить он любил чуть ли не больше, чем Лейф любил учиться алхимии.

— Нет, Карл, не сегодня, — сказал я. — Просто сделай мне бутерброд.

— С колбасой?

— С колбасой.

Колбасой он вслед за мной начал называть местные копченые сардельки, которые на самом деле колбасу напоминали не очень.

Карл кивнул и быстро соорудил мне нечто, очень напоминавшее многослойные бутеры моей покинутой родины — ржаной хлеб, два ломтика копченой сардельки, прослойка соуса, похожего на майонезный (самое близкое, что здесь нашлось), и сверху еще веточка какой-то местной зелени вроде кинзы, для изящества. Все это мы с ним «проходили» вместе, в редкую выдавшуюся у меня свободной минуту недели две назад — но он даже форму ломтей повторил. М-м, объеденье!

— И чаю! — он налил мне в чашку чаю из обычного медного чайника, похоже, для кухонных работников. — Госпожа Олла не велела, чтобы вы всухомятку ели!

— Спасибо! — кивнул я, выливая в себя этот чай под удивленные переглядывания других работников кухни.

* * *

…Хорошо, что я успел хоть так позавтракать — суслики в самом деле отбивали аппетит только так. Когда мы с Ульфиром телепортировались в Гудбраль и взобрались на стену с северной стороны, я ожидал увидеть… ну, может быть, этакие ручейки грызунов навроде белок, активно осваивающих обочины дороги, что, петляя вокруг овражка и холма, подтягивалась к северным воротам. Но вместо этого и самой дороги не увидел: река этих гребаных леммингов скрыла все! Шевелящийся ковер действительно выглядел… довольно неприятно.

— Они же сейчас стену перемахнут! — пробормотал бургомистр Гудбраля.

— Не перемахнут! — уверенно проговорил старший жрец. — А если и перемахнут — с нами ведь мэтр Огня!

Я косо поглядел на него.

— Ну что ж, — сказал я. — Сейчас посмотрим, что мэтр Огня действительно может сделать…

У меня было несколько планов, как моя «тяжелая артиллерия» могла бы помочь против сусликов в тех нескольких уязвимых точках, где естественные природные препятствия все же могли бы не пустить грызунов к тем или иным запасам. И здесь, на стене Гудбраля, я собирался это испытать!

Десять минут — столько у меня обычно занимает скатка «стандартного» солнышка. В этот раз я не стал мудрить и сделал его примерно такого же размера — на человеческую голову. Мудрил я при программировании, а оно проходило уже после свертывания солнышка.

Должно быть, со стороны это выглядело скучно: стою я на стене, напротив меня висит миниатюрная звездочка — и я гипнотизирую ее взглядом. Но никто не зевал, наоборот, к нам подтягивались зеваки: все стражники, что не на карауле, например.