Читать «Неизведанными тропами» онлайн

взлетела огненная точка, за ней тянулся искристый след.

— Это что? — выкрикнул жандармский офицер и вскочил на коня.

— Это, это… как его… — не мог вспомнить Ибрагим.

Всадники галопом умчались к даче.

После фейерверка Прохор Петрович задержался у обрыва. Он пристально смотрел в сторону слободы. И среди множества огней заметил зеленую мигающую точку. «Значит, все в порядке», — успокоился он и поспешил на дачу.

Гости были в отличном настроении. Прохор, когда вернулся, заиграл все тот же марш, потом перешел на вальс. И пары закружились.

Дети, взявшись за руки, ходили по кругу и пели: «В хороводе были мы, там кого-то видели, видели, видели…»

Вдруг все услышали цоканье копыт. Оборвались звуки вальса. Прохор Петрович отложил гармонь. Хозяева и гости насторожились.

Возле дачи остановились всадники. Двое из них поднялись на галерею; часть осталась возле лошадей.

Один из прибывших звякнул шпорами и, козырнув, обратился к Александре Петровне:

— Честь имею представиться, жандармский ротмистр Жадов!

Она, не протянув руки, с достоинством ответила:

— Жена статского советника Молодцова. Чем вам обязана?

Жадов галантно поклонился:

— Прошу прощения за бесцеремонность. По долгу службы я обязан произвести проверку документов у господ, присутствующих здесь.

Николай Иванович вспыхнул. Он не подошел, а как бы подкрался к Жадову, взял его под руку.

— Степан Кузьмич, дорогой, здравствуйте! Какими судьбами?

Жадов холодно ответил:

— По долгу службы, по долгу службы…

— Но ведь это же мои друзья и гости. Можете поверить мне, как известному вам лицу, и избавить нас от столь унизительной процедуры.

— Я вынужден, Николай Иванович… Вас, как начальника депо, знаю, а остальных не имею чести знать. Обстоятельства требуют. Понимаете?

— Нельзя ли обойтись без этого? — спросила Александра Петровна. — Если вас заверяет мой муж.

— Сударыня! Проверяю я не дом и не хозяев, а тех, кто здесь находится временно. Я уже принес вам извинения. На остальное полномочий не имею.

— И все-таки это бестактно, — возмутилась Александра Петровна и отошла. Все затихли.

Жадов, обходя мужчин, смотрел каждому в лицо, проверял документы, возвращая их, прищелкивал шпорами и козырял. Рядом с ним передвигался пристав, держа в руке свечу.

В томительном ожидании стояли побледневшие женщины. Мигали свечи, над их пламенем метались ночные мотыльки.

Когда Жадов подошел к отцу, Виктор замер. Ротмистр взял паспорт и долго разглядывал его, потом постучал им по руке, как будто что-то припоминая. К ним подошел Николай Иванович и тихо сказал:

— Это мой родственник, брат моей жены…

Ротмистр нехотя вернул паспорт Прохору Петровичу.

Закончив проверку документов, Жадов вышел на середину галереи и церемонно объявил:

— Прошу извинить за причиненное вам беспокойство. Был вынужден и очень рад, что в таком глухом и необжитом месте встретил столь уважаемых господ. — Он вежливо поклонился, намереваясь уйти.

Но Николай Иванович любезно пригласил его:

— Степан Кузьмич, если располагаете временем, то побудьте с нами, отдохните от обязанностей службы.

Жадов охотно согласился. Очутившись за столом, он преобразился. Его не надо было угощать. Он сам стал распоряжаться винами и закусками.

Чтобы как-то разрядить напряженную обстановку, Александра Петровна попросила Прохора сыграть что-нибудь. Он с нетерпением ждал этого момента и с усердием заиграл марш «Под двуглавым орлом», затем вальс. Некоторые гости даже попытались танцевать, но ничего не вышло.

Изрядно подвыпив, ротмистр расстегнул верхний крючок кителя. Двойной подбородок у него сразу же опустился, а лицо потеряло свирепый вид.

К всеобщему удивлению ротмистр встал, поднял руку и громогласно попросил:

— Господа! Минуточку внимания!

Жадов вышел из-за стола. Все притихли и смотрели на него. Он явно был польщен вниманием. Заложив руки за спину, Жадов прошелся по галерее, не то обдумывая, не то чего-то ожидая. Наконец неторопливо и многозначительно заговорил:

— Вы веселитесь и ничего не подозреваете… А нам и сна нет… Буквально рядом сегодня утром совершено преступление.

— Где? Какое?

— Что вы!

— Что случилось?!

Перебивая друг друга, задавали вопросы гости.

Жадов развел руками, дескать, как хотите, так и понимайте. А сам выжидательно смотрел на гостей и как бы между прочим объяснил:

— А случилось вот что: невдалеке от вас на пассажирский поезд напали бандиты и вытащили из вагона одного пассажира с ценными вещами! Да, да! И преступники скрываются где-то поблизости. Жандарм решил: «Чем черт не шутит, вдруг кто-то чем-то выдаст себя», — хотя был почти уверен, что грабители уже окружены полицией, и если попытаются уйти из леса, то будут схвачены.

Взрослые заволновались, необычное почувствовали и дети, сбились в кучу. А Костю чуть не прорвало, так захотелось показать свою осведомленность, да и награда манила.

— Господин офицер! — выкрикнул он.

Но ему помешала любопытствующая дама.

— Боже мой! Из вагона похитили человека с вещами, да от этого можно сойти с ума!

— Вы правы, мадам, — ответил ротмистр.

А Костя, Костя… он пытался пролезть к жандарму, но Виктор поспешно подошел к нему, взял за руку и вывел на крыльцо.

— Еще слово — и я тебя тресну. До утра молчи! Понял?!

— До утра! А почему? Уже все знают, и нам нечего скрывать. Промолчим — разбойников поймают и никакой награды не дадут.

Виктор переживал за дорогих ему людей, которые находятся в ловушке, и готов был броситься на выручку. Но как?

С галереи доносился все тот же ненавистный баритон.

— Простите ради бога за откровенный разговор, — говорил кому-то ротмистр. — Мы и существуем, чтобы бороться со всякой нечистью.

— Вы героическая личность! — не без насмешки сказал Виссарион Петрович.

— Не то слово, господин, э-э, не имею чести знать вас, — возразил Жадов, — метод! Ни один даже мелкий факт я не упускаю из виду!

Жадов закурил и пустил дым кольцами.

Мальчики вернулись с крыльца. Костя залюбовался ротмистром, а Виктор искусал себе губы от страха, что Костя может проговориться.

ПОДЛОСТЬ

Вдруг Жадов как бы спохватился, вынул из кармана часы, посмотрел на них.

— Не смею задерживать вас, господа! Честь имею! — Он ловко звякнул шпорами и направился к выходу. Перед ним появился Костя.

— Ты хотел мне что-то сказать? — спросил его Жадов.

Ротмистр понял, что мальчик не случайно оказался здесь. Надо помочь ему открыться.

— А ты рано встал сегодня? — спросил Жадов.

— Рано, — ответил несколько обескураженный Костя.

— Почему? — поинтересовался офицер.

— Мы ходили с Витей за молоком, — начал рассказывать Костя, разомлев от внимания Жадова. Он не догадывался о жандармской хитрости, не знал полицейской жестокости, никогда не видел, как арестовывают людей и обращаются с ними, потому доверчиво отвечал на все вопросы «симпатичного» жандармского офицера.

— За молоком?! — Удивился ротмистр и прищурился, губы у него растянулись