Читать «Слева Направо и Справа Налево» онлайн

сама Анна, словно генерал, раздает приказы.

– Пей!

Один факт о генерале Анне: она не скажет и трех слов, если одного достаточно.

Один факт обо мне: мне не нравится подчиняться приказам. Рот, горло, губы – все пересохло. Но я отказываюсь от кружки.

– Может, мне нравится испытывать жажду.

– Тебе нужно попить, – ну вот, три слова. Но не больше, не меньше.

– Скажи, что еще мне нужно, – урчу я.

Один факт об Анне: когда ее глаза вспыхивают, это похоже на разряд молнии, прошивающий землю насквозь. «Вот ты какая, Анна Слева Направо и Справа Налево», думаю я. Ей почти всегда удается хорошо скрывать свои эмоции, но…

Один факт обо мне: ты ничего не сможешь скрыть от…

От… Мой разум натыкается на стену, и я пью чертову воду, чувствую, как прохладная жидкость стекает по горлу.

Один факт обо мне: я умираю – вернее, умер бы, позволь она мне это. Чертова боль… эта чертова боль…

– Как больно! Везде боль!

Даже мой стон больше похож на рык раненого животного. Опасного зверя, который мог бы причинить ей боль. Я уже сыграл во столько раундов в «Один-один», но все еще так мало знаю о себе, что не могу быть уверен, что во мне нет этой тьмы.

Теперь что-нибудь про Анну. Я заставляю себя сосредоточиться, пытаюсь отыскать что-нибудь в ее глазах. Синий. Коричневый. Серый. Зеленый. И тут я замечаю это.

Один факт об А-Н-Н-Е: ей тоже больно.

– Согласна? – я бросаю ей вызов. Везде боль. Согласна?

– Ты не имеешь права задавать мне вопросы, – она практически выплевывает эти слова.

Я не могу задавать ей вопросы, я не могу умереть. Анна держит свой гнев под замком, но он рвется наружу, неистовый, как океан.

Один факт обо мне: я знаю, как вскрывать замки.

– Ты строишь маленькие замки из пакетиков с сахаром, – цель поставлена. – Это так мило. Правда. Сахарные замки. А ты веришь в сказки, Анна Слева Направо и Справа Налево?

Это имя очень ей подходит. Она самая настоящая Анна – тихая, но сильная. И реальная.

– Я верю в злодеев, – произносит она своим бесцветным голосом. Вот и еще один факт об Анне. Что ж, пора выяснить еще один факт обо мне.

– В злодеев, значит. Забавно, – хотя в этом нет ничего забавного. – Я ни черта о себе не помню, но выпил бы за это.

Глава 4

Каменные стены. Каменный потолок. Каменный пол. Я не могу пошевелиться. Тошнота подкатывает к горлу вместе с паникой. Тело сводит судорогами.

Меня вот-вот вырвет.

– Ты сам в этом виноват, – раздается голос. Тот же самый голос.

Анны нет в лачуге. Ее нет, а без нее я не могу сыграть ни в одну игру. Без нее я как умирающий в пустыне, но мне нужно оставаться в сознании. Я не хочу снова оказаться в той каменной комнате. И поэтому изливаю свои злость и досаду на бородатого великана, сидящего за столом, где Анна строит свои сахарные замки.

– Мне нужно выпить! – я и сам поражаюсь своему гонору.

Но на Джексона мой тон не производит никакого впечатления. Из-за этой густой бороды ему одинаково можно дать и тридцать, и пятьдесят лет. Он бросает на меня раздраженный взгляд, а затем поднимается со стула.

– Мне совсем не хочется читать кому бы то ни было лекции о хороших манерах.

Он не спеша идет к раковине и возвращается с кружкой.

Вода. Я выбиваю кружку у него из рук, но это дорого мне обходится. Молния пронзает тысячи оголенных нервов в моем плече, руке и шее, когда металлическая кружка с грохотом падает на пол.

– Мне нужно выпить, – повторяю я. Боль невыносима, а его глаза – это не ее глаза. Ее здесь нет.

– Сказал бы я, что тебе нужно, – ворчит Джексон.

– Ты вытащил меня! – это обвинение, да. – Так Анна сказала, – во мне вскипает гремучая смесь из боли и ярости, отчаяния и безысходности. Мои эмоции – это Цербер, или, скорее, даже Гидра, многоголовое чудовище, щелкающее зубами. – Произошел взрыв, и мое тело сбросило со скалы в океан, а ты вытащил меня.

– Это вопрос? – Джексон приподнимает бровь.

– Это «да пошел ты», – выплевываю я. – Надо было дать мне утонуть.

– Может, и так.

– Мне нужно выпить, – я сопровождаю это заявление отборными ругательствами, но в ответ получаю еще один долгий и понимающий взгляд.

– Анна спасла тебя, – говорит он, – и будет спасать дальше.

Возможно, этим он хотел вызвать во мне чувство вины и пристыдить, но пусть Бородач засунет себе в задницу свои высокоморальные принципы. Но зато теперь я уверен, что Анна еще вернется.

Она вернется. Вцепившись в эту мысль, я внимательно рассматриваю человека, который имел неосторожность спасти мне жизнь. Это место, несомненно, принадлежит ему. Он явно построил его сам, и судя по всему, эта хибара способна пережить взрыв атомной бомбы. Значит, он либо сторонник теории заговора, либо затворник, либо и то и другое вместе взятое.

Почему я здесь, а не в больнице? А вдруг я тут и умру? На твоих руках?

Джексон прищуривается, словно читает мои мысли.

– Сделай одолжение, не обоссысь на матрас.

Нет, он не умеет читать мысли. Я вдруг вспоминаю, что сначала подо мной были только одеяла. Но в какой-то момент их сменили. С ужасом думаю о том, мог ли я описаться. Я провел здесь уже несколько дней. Запаха мочи – или чего похуже – не чувствуется, но не припомню, чтобы мне вставляли катетер… ничего такого.

– Есть пустая бутылка? – резко, даже грубо спрашиваю я.

Джексон фыркает и кивает на дверь – но не входную.

– Ванная. Могу помочь тебе. Но это будет неприятно.

– Повесели себя.

Один факт о Джексоне: здоровяк по-настоящему крепкий, ему хватает сил, чтобы поднять меня с моей импровизированной кровати и отнести в ванную.

И еще один, не такой унизительный: он не просто так вытащил меня из океана. По этой же причине он почему-то чувствует себя обязанным помочь мне и сейчас. Не знаю, откуда это мне известно, но уверен в этом. Я стараюсь думать только об этом, чтобы отгородиться от боли и унижения из-за того, что даже не могу нормально поссать.

Проклятье, как же больно!

Я молчу до тех пор, пока Джексон не возвращает меня обратно, и тогда вопросы сыплются один за другим.

– Почему ты вытащил меня из воды? Почему притащил сюда, почему не повез в больницу? Какое отношение вы с Анной имеете ко мне?

Джексон