Читать «Слева Направо и Справа Налево» онлайн

а когда я молчу, молчит и Анна. В тишине все становится только ощутимее – каждый взгляд, каждое прикосновение, каждая секунда, которую она проводит, ненавидя меня и ухаживая за мной, и стараясь лишний раз не смотреть на меня и не прикасаться ко мне.

Я складываю для нее звездочки, лебедей и кубики из бумаги. И каждый раз, когда она возвращается ко мне, я ищу на ее лице подсказки: воинственно вздернутый подбородок, едва заметный изгиб губ, устремленный на меня задумчивый взгляд, – и когда нахожу, понимаю: она разворачивает мои творения. Все до единого.

И я готов поспорить на свою жизнь, что она не порвала ни одного листа.

Мы по-настоящему разговариваем только тогда, когда она вытаскивает меня из кровати и заставляет преодолевать немощность моего тела. Чтобы сделать хотя бы один шаг, мне приходится прикладывать титанические усилия, но одного ей всегда мало.

Она отличается завидным терпением. Я же взрываюсь, как порох. Но иногда, когда я ругаюсь, она отвечает тем же, заставляя меня отдавать ей все, что у меня есть.

Вскоре я перестаю складывать для нее бумажные фигурки, как и перестаю думать о маленьких белых таблетках. Теперь мне хватает самоконтроля, чтобы снова заговорить с ней и вовлечь в новую игру.

– Эта игра, Анна Слева Направо и Справа Налево, называется «Два хода», – я двигаю к ней лист бумаги и приподнимаюсь на локте, чтобы оказаться поближе. – Она очень простая. Тебе всего лишь нужно составить пять слов. Слово «sex» использовать нельзя.

Анна прищуривается, а мне остается лишь гадать, не подумывает ли она о том, чтобы испепелить меня взглядом. «Но тогда тебе снова придется выхаживать меня», – мысленно предупреждаю я ее.

– Сказала бы я тебе пару слов… – Анна сурово смотрит на меня. – Ладно, поднимайся!

– Дай мне таблеточку счастья, и игра отменяется, – интересно, я всегда умел так блефовать? Сейчас у меня на уме совсем не окси, а кайф совершенно другого рода.

– Попробуй сделать шаг, и тогда я позволю тебе объяснить, почему игра называется «Два хода».

Я поднимаю одну ногу и опускаю ее перед второй, перенося вес. Это шаг. Я объясняю ей правила игры: два хода на то, чтобы превратить слово «SEA» в другое слово, как алхимик превращает металл в золото. Я иду на риск, беру ее за руку… и чуть не захлебываюсь от восторга, когда она позволяет мне для наглядности начертить на тыльной стороне ее ладони две буквы – сплошь линии, без изгибов.

У нее мягкая нежная кожа, и я завороженно смотрю на вены, проступающие под моим пальцем.

Анна требует, чтобы я сделал еще несколько шагов, и я соглашаюсь. Наверное, она надеялась, что я стану возражать, но разве во мне осталась хоть капля гордости? Она видела меня слабым и униженным. Она была рядом, когда из меня лезло все самое худшее.

Но она все равно возвращается.

Составить пять слов, не используя слово «sex». Задолго до того, как Анна соглашается, до того, как произносит пятое слово, я уже знаю, что она справится с этим испытанием.

Но я тоже выигрываю: ее эйфорию от победы.

Глава 15

– Не хочу даже знать, что ты рисуешь, – тон Анны не оставляет сомнений в том, что она размышляет, не убить ли меня.

А я всего лишь нарисовал окружность на тыльной стороне ее ладони.

– Неужели Lügnerin? – это «лгунья» по-немецки.

Мы оба лжецы, она и я. Я лгу каждый раз, когда притворяюсь, что всего лишь хочу раздразнить ее, а она – когда притворяется, что может отказаться от моей очередной игры.

– Один час, – Анна, как всегда, торгуется. – Полный час изнурительных упражнений. Тогда я позволю тебе закончить свою мазню.

– Ты меня совсем не щадишь, – и это был не вопрос.

– Я тебя ненавижу и хочу, чтобы ты исчез из моей жизни раз и навсегда, – отвечает она. – Мы договорились?

Когда-нибудь я смогу ходить на большие расстояния. Когда-нибудь я уйду отсюда. Когда-нибудь она избавится от меня.

Но не сегодня.

Мы заключаем сделку. Но у меня есть вопросы к ней. В каких-то смыслах это один и тот же вопрос. Кусочек пазла, который мне никак не удается вставить на место.

Почему она остается? Не только со мной, но и рядом со своей семьей? История, которая была у Джексона с матерью Анны, заставляет меня думать, что все они живут в каком-то тесном мирке, но Анна Слева Направо и Справа Налево создана для большего.

Зачем прячется, когда может убежать? У меня зудит все тело, когда я беру ручку и снова касаюсь ее кожи. Мой мозг раскладывает этот вопрос на буквы, и вот я уже мысленно разбрасываю их вдоль нарисованной окружности, а потом начинаю писать букву за буквой по часовой стрелке.

Закончив и запечатлев чернилами последнюю букву на ее руке, я отпускаю Анну, а сам гадаю, сколько времени у нее уйдет на решение этой головоломки.

Глава 16

– Хочешь подсказку? – спрашиваю я. Анна еще не решила головоломку. Вместо ответа она бросает на меня свирепый взгляд. – Нет, значит.

Она заканчивает перевязывать мне грудь. Уже понятно, что на месте ожогов останутся шрамы, но меня греет мысль о том, что, глядя на них, я буду вспоминать вот такие моменты.

И ее.

Но сейчас вовсе не хочется думать о том, что в моей жизни когда-нибудь не будет Анны.

– А я так надеялся, что ты оценишь мое великодушие. Видишь, я даже не злорадствую?

– Злорадствуешь, еще как.

Ее гложет то, что она до сих пор еще не разгадала мою загадку. Во мне все ликует и поет, когда я вижу обновленные ее рукой чернила.

– Поверь мне, я сдерживаюсь изо всех сил. Если бы я по-настоящему злорадствовал, ты бы это надолго запомнила.

Ее взгляд обещает, что мне еще придется за это заплатить. Она улыбается мне сладкой улыбкой, но я-то знаю, что в Анне-Одинаково с начала и с конца нет ни капли сладости.

– Могу я полюбопытствовать, какие пытки ты приготовила мне на сегодня?

Эта игра называется «Тянитолкай».

– Ухабы, – отвечает Анна.

Мы на улице. Я уже и забыл, каково это. Глаза режет от яркого света, такого слепящего, что наворачиваются слезы. Я ничего не вижу.

Но Анна Слева Направо и Справа Налево, моя идеальная Анна, подставляет мне свое плечо. Я остро чувствую, как соприкасаются наши тела, ее силу – мы словно созданы друг для друга.

Граница между агонией и экстазом еще никогда не была такой тонкой.

Я