Читать «День Колумба» онлайн

доложил я, хотя она, конечно, и так это знала. А может быть, сама приложила к этому руку. Типам из разведки никогда нельзя верить.

– Бишоп, нам надо поговорить. – Она махнула на дальний конец аэродрома. Когда мы отошли на расстояние, где нас никто не мог услышать, майор сказала: – Это я распорядилась вывести ваш расчет из Тескора. Кристанги догадываются, что кто-то сливает нам инфу, они злятся и вынюхивают, подбираясь к вам все ближе и ближе. Вам нужно на время залечь на дно, поэтому вас переводят. Только вас, а не весь расчет.

– Куда, мэм?

– На пусковую установку для отправки грузов «Лончер». Должна признаться, что мы пока не придумали вам задание помимо того, что вы должны исчезнуть и не маячить на каналах связи. Вы не один такой. Меня тоже переводят на тыловую базу в индийском секторе офицером связи и взаимодействия. – Перкинс фыркнула. – А я ни слова не знаю на хинди.

– Черт! Все это потому, что я слушал треп хомяков? Кристанги рассчитывали, что мы ни словом не перекинемся с противником за все время нашего пребывания на планете? Неужели они думали, что хомяки упустят возможность очернить ящ… кристангов и посеять между нами раздор?

– Дело не в том, что мы общаемся с хомяками. Кристанги понимают, что любая армия полнится слухами. Дело в том, что кристанги чувствуют: командование ЭКОНа принимает сведения хомяков всерьез. Хотя вы не единственный источник прямой информации, могу сказать, что бургомистр считается «золотым агентом», и в штабе ЭКОНа наложили под себя, потому что считают ее сведения правдивыми. – Майор посмотрела мне в глаза. – Держите язык за зубами. Это военная тайна.

– Так точно, мэм.

Майор шумно выпустила воздух из легких, похлопала по груди и с отвращением помахала рукой.

– Путешествие по галактике заставило меня бросить курить. Когда у меня кончились сигареты, началась ломка. Кристанги считают табак роскошью и не соглашаются возить его за тысячи световых лет. Иногда мне хочется кого-нибудь убить.

– Эйзенхауэр тоже резко бросил курить, мэм. После сердечного приступа. – Довод получился несколько двусмысленным.

– Если Айк смог, то и я смогу. Но у него был выбор, так ведь? У меня его нет. Надо было включить никотин в список жизненно важных медикаментов.

Мне никогда не приходилось отвыкать от курения или наркотиков. Поэтому мне было трудно понять глубину майорских страданий. Я пошел по легкому пути и попросту не обзавелся вредными привычками. Не зная, что еще сказать, я сочувственно хмыкнул.

– Медицина – вот реальный камень преткновения. Вы правы. Ящерам наплевать на слухи. Их взбесило, когда мы приняли предложение руаров и воспользовались их передовыми медицинскими услугами. Вы слышали об аварии «Канюка» месяц назад? Двое погибших, четверо раненых, один из них потерял ногу, еще один получил перелом позвоночника. Кристанги отказались вывозить пострадавших на Землю. Руары очень удивились, что у людей нет технологии выращивания конечностей и нервных тканей, которой они пользуются с незапамятных времен. В качестве эксперимента мы отправили нескольких тяжелораненых в больницу руаров, в том числе двух пострадавших в аварии пилотов. Их подлечили. Врачам руаров потребовалось некоторое время, чтобы освоиться с чужой физиологией, однако организм хомяков, как и наш, имеет в своей основе ДНК. Согласно донесениям, ожидается, что все пострадавшие должны полностью поправиться. Потерявшему ногу отрастили ее заново. Кристанги пришли в бешенство, узнав, что мы воспользовались медицинскими услугами руаров, вызвали на ковер командиров ЭКОНа и отчитали за панибратские отношения с врагом. Я слышала, что разговор пошел на повышенных тонах и генерал Мейерс сказал чертовым ящерам, что людям не пришлось бы отправлять раненых в больницы руаров, если бы кристанги поделились своими медицинскими технологиями. – Майор улыбнулась. – Старик ни перед кем не пасует – ни перед человеком, ни перед ящером.

– Меня ожидают неприятности, мэм?

– Какого черта! Нет, Бишоп. Затаитесь на время, выждите несколько недель или месяцев, пока уляжется буря. Рассматривайте новое назначение как возможность получше познакомиться с планетой.

Как же.

* * *

Попрощавшись с расчетом, я на перекладных добрался до «Лончера». Путь был долог и скучен, а я пребывал в унынии. Правил я никаких не нарушил, но, если ЭКОНу понадобился козел отпущения, они могли все свалить на меня. Как минимум разжаловать. Я недолго пробыл сержантом и едва вошел во вкус. Мне будет не хватать ощущения ответственности за подразделение. В Тескоре мы поработали на славу, не нарывались на неприятности, установили хорошие отношения с местными жителями, собрали и передали по команде полезные разведсведения. А еще оборудовали баскетбольный корт, ставший популярным у патрулей, что поддерживало общий боевой дух. В моем расчете никто не цапался или, по крайней мере, не больше того, что можно ожидать от четырех парней, сидящих в изоляции у черта на куличках. В ретроспективе время, проведенное в Тескоре, выглядело почти идиллией. Мы высадились на чужой, вражеской планете, взяли ее под контроль и вносили свой вклад в победу, демонстрируя кристангам способность выполнять поставленные задачи. Мы чувствовали, что у нас есть цель и мы ее достигаем. Все ждали момента, когда последний обитатель Тескора погрузится на транспортный корабль и будет эвакуирован. В таком случае миссию ЛГН можно считать выполненной.

Но, когда бургомистр начала передавать тревожные сведения, ощущение идиллии несколько поблекло. Понимание того, что человечество обманом заставили создать экспедиционный корпус, что ЭКОН для кристангов – не более чем отряд наемников, который можно сдавать в аренду, что ящеры считают Землю военной добычей, которую можно использовать как заблагорассудится, портило радость от чувства выполненной задачи. Я не мог поделиться разведсведениями с расчетом, и это отдалило нас друг от друга. Они видели, что я встречаюсь с высокопоставленной чиновницей руаров и как на другой день ко мне приезжает офицер разведки ЭКОНа, и могли легко сложить два и два. Ну и, конечно, слухи никто не отменял. Некоторые слухи были связаны со сведениями, полученными от бургомистра, и заставляли меня нервничать насчет надежности режима секретности в штабе ЭКОНа. Меня бесило, что я должен относиться к сведениям как к военной тайне, в то время как они свободно обращались на фабрике слухов. Я даже не мог сказать своим товарищам, какие из слухов абсолютная ерунда, а какие имели под собой хотя бы крупицу правды. Многие сплетни ни в какие ворота не лезли.

В мой расчет назначили нового сержанта. Мое бывшее подразделение разместили при штабе батальона, из-за чего бойцы гадали, за что с ними так обошлись. Никто не поверил брехне, будто нашу ЛГН отозвали из Тескора, потому что она уже выполнила задачу. Дурачье в штабе